Глаза, быстро привыкшие к полутьме, разглядели силуэт авиона и лежащего невдалеке Тайрека.
Ансель потряс приятеля за плечо, затем поспешно прижался ухом к груди.
С облегчением выдохнул – сердце стучало. Значит, Тайрек жив, просто тоже без сознания. Еще раз сильно встряхнул друга, и Тайрек недовольно застонал.
Успокоившись, что приятель приходит в себя, Ансель выдохнул, и тут его буквально подбросило на ноги. Ника! Что с ней? И… где она?
Беглый осмотр кабины авиона показал, что ни Ники, ни Тристана, ни чернокожей пиратки там не было. Зато даже не требовалось подходить к крылу, чтобы увидеть, как сильно оно повреждено. Впрочем, Анселю казалось, что у него все же получится его подлатать. Во всяком случае, на один полет должно хватить. Другое дело, что сам факт взлета отсюда представлялся нереальной задачей.
Подумав, что нужно решать проблемы по мере их поступления, Ансель счел разумным для начала найти Нику и Тристана. И вышел из пещеры, предположив, что они там.
Авионеров снаружи не оказалось. Зато открылось нереальное зрелище уходящей в небо гигантской махины Седьмого Неба. И облака внизу, совсем рядом. Можно было даже вообразить, что они не на Седьмом Небе вовсе, а на вершине очень высокой горы, настолько высокой, что ее пики пронзают облака, а те клубятся внизу, словно море.
Мысль об этом тут же напомнила о сне, который видел Ансель. Тот воссоздался в голове мгновенно – во всех красках и подробностях. Слишком уж ярким, слишком четким он был для обычного сна…
Позади раздался тихий звук шагов. Обернувшись, Ансель увидел Тайрека, потирающего себе затылок, и искренне обрадовался.
– Что произошло? – спросил Тайрек.
– Похоже, мы совершили невозможное, – ответил Ансель. – Мы приземлились на Седьмое Небо.
Вот уже час Ника без дела сидела на земле и наблюдала за Анселем.
После странной встречи с загадочным существом в глубине пещеры ошеломленная Ника вернулась обратно к авиону и обнаружила там Тристана, а также очнувшихся Анселя с Тайреком. Белой Мамбы по-прежнему не было.
– Что-то нашел? – спросила Ника у авионера, невольно затаив дыхание.
Тристан задумчиво покачал головой.
– А ты?
– Тоже ничего, – ответила она, решив не рассказывать о встрече, которая сейчас, при свете солнечного дня, почему-то все больше казалась ей чем-то нереальным… Может, никого она на самом деле не видела и все это ей просто привиделось?
А может, Тристан тоже встретил в глубине пещеры похожее существо – и теперь, как и Ника, молчит, не уверенный в том, что это произошло на самом деле. Или опасается говорить о случившемся, словно слова могут спугнуть то чудо, к которому они случайно прикоснулись?
Решив, что Белую Мамбу искать бесполезно – «Надо будет – сама явится», – резко высказался Тристан, – авионер уселся за штурвал «Грозы» и умудрился вывести ее из пещеры наружу, и там уже Ансель с Тайреком принялись за починку. А Ника, спросив, нужна ли помощь, и получив отрицательный ответ, уселась на землю и принялась задумчиво наблюдать за работающими механикерами.
Через какое-то время к ней подсел Тристан.
– Плохо наше дело? – спросила Ника.
Тот не спешил соглашаться.
– Ансель дружен с авиомеханистикой как никто другой. А он пока не сказал, что все безнадежно.
Ника хотела возразить, что даже если «Грозу» каким-то чудом и удастся подлатать, взлететь они все равно вряд ли смогут, ведь у них совершенно нет места для разгона, но промолчала. Наверняка не только она, но и все остальные думают о том же. Однако у них хватает сил молчать и заниматься делом вместо того, чтобы сидеть сложа руки, раз все так плохо.
Девушка перевела взгляд на Анселя – и ей вдруг показалось, что она видит юношу словно впервые. На лице застыло выражение предельной сосредоточенности, лоб нахмурен, движения уверенные и четкие. Никакой паники, никакого волнения. Ансель полностью погрузился в работу, ни на что не отвлекался и лишь время от времени отдавал короткие распоряжения Тайреку, и тот подавал ему инструменты и разнообразные запчасти, извлеченные из грузового отсека авиона.
Говорят, именно критические ситуации проверяют человека, именно в них проявляется вся его истинная суть. Что ж, если считать случившееся с ними проверкой на личные качества, Ансель прошел ее с блеском, и Нику восхищало то, что она видела.
Девушка с досадой вздохнула. Возможно, они навсегда застряли на Седьмом Небе, а у нее в голове – всякие романтические глупости! И похоже, они были написаны у нее на лице, потому что Тристан покосился на Нику и ухмыльнулся.
– Хорош, да? – подмигнул он.
– Кто? – Ника сделала вид, что не поняла.
– Ну, не Тайрек же! – фыркнул Тристан. – Ансель, конечно. Если у него получится починить «Грозу» и мы сумеем вернуться, я точно попрошу Рию представить его к медали.
Ника слегка покраснела. И от того, что авионер заметил ее неравнодушие к Анселю, и от того, что были моменты, когда ей казалось, будто она испытывает нечто похожее к Тристану и она чувствовала себя за это почти виноватой; разве можно одновременно увлечься двумя джентльменами?
