Ника вернулась на базу, не дожидаясь остальных. Повреждения ее авиона были слишком серьезными, чтобы снова ввязываться в сражение, к тому же она видела, что после уничтожения зепеллина Красного Барона бой сам собой начал сходить на нет и авиолеты Кондора один за другим разворачивались и летели прочь, в сторону поджидавших их зепеллинов и Третьего континента.
Совершив посадку, Ника выскочила на землю и стала в тревоге высматривать в небе «Грозу». И вот наконец та появилась на горизонте.
Авион снижался медленно, какими-то рывками, и его так болтало из стороны в сторону, что Ника не на шутку испугалась: сумеет ли Тристан его посадить?
Девушка даже не заметила, когда к ней подошел Ансель, лишь услышала его шумный вздох, когда «Грозу» особенно сильно тряхнуло.
Однако не зря рей Дор считался одним из лучших авионеров Империи: каким-то чудом он умудрился посадить «Грозу». При торможении авион закрутило и развернуло боком, так что одно крыло чиркнуло о землю, и Ника громко ахнула, увидев, что у авиона напрочь снесена половина другого крыла! Просто удивительно, что «Гроза» еще так долго оставалась в воздухе. Не иначе как на одной лишь силе аэролита – и силе духа самого авионера.
К счастью, «Гроза» затормозила прежде, чем врубилась в ограду или ангары.
– Слава небу, – пробормотал Ансель и со всех ног бросился к авиону.
Ника прикрыла глаза от накрывшего ее облегчения.
– Впечатляюще, – услышала она, вздрогнула и открыла глаза.
Рядом с ней стояла майор рей Данс.
– Да, – согласилась Ника, – не думаю, что кто-то другой сумел бы сесть на авионе с такими повреждениями.
– Я не о том, – покачала головой командир эскадрильи. – Я о тебе. Мне только что доложили… Твой первый сбитый враг – и сразу сам Красный Барон.
– Спасибо, – пробормотала Ника, смущенная комплиментом, а потом спохватилась и поправилась: – Служу Арамантиде.
– За то, как ты показала себя сегодня в бою, тебе выносится официальная благодарность от командования, и, скорее всего, ты будешь представлена к награде, – прохладным тоном продолжила мадам майор. – А за нарушение приказа командира получаешь строгий выговор с занесением в личное дело и штраф в размере месячного денежного довольствия. Вопросы?
– Никак нет, мадам майор, – ответила Ника, думая про себя, что еще легко отделалась; до вылета майор рей Данс грозила арестом.
Из кабины «Грозы» выбрался Тристан. Его шатало; Ника даже испугалась, что он может быть ранен. Но – нет, авионер собрался и зашагал в их сторону. И чем ближе подходил, тем быстрее шел. Лицо побелело, горящие глаза сверлили Нику.
Когда Тристан подошел совсем близко, девушка невольно отшатнулась от этой так и хлещущей наружу ярости, которая почему-то была направлена на нее. В голове мелькнула внезапная мысль: «Сейчас он меня ударит…»
Тристан и впрямь схватил ее за плечи и хорошенько встряхнул. Словно издалека до Ники донесся предостерегающий оклик майора рей Данс: «Рей Дор, отставить!», но Ника едва его слышала; ее словно плотной стеной отгородил от всего остального мира собственный страх.
В глазах авионера бушевала гроза.
– Ты! – злобно выплюнул он, больно стиснул плечи девушки, а потом одним движением оттолкнул ее в сторону и стремительно, словно за ним гнались, зашагал прочь.
Ника выдохнула; ее колотило.
Она почувствовала, что кто-то ободряюще потрепал ее по плечу. Это была майор рей Данс.
– Ты можешь подать на него официальную жалобу… Но я прошу тебя – постарайся его простить и не держи зла, – тихо, без привычных командирских интонаций попросила она.
– Но что я такого сделала?! – воскликнула Ника. Девушка искренне не понимала, чем заслужила подобное отношение; она же фактически спасла Тристана!
– Он очень хотел лично убить Красного Барона.
– О, – коротко откликнулась Ника, все еще не понимая.
Видя это, майор рей Данс вздохнула и пояснила:
– Это Красный Барон сбил сестру Тристана.
Встречу с представителями Либерата для передачи репортажа по своим каналам организовала шеф – и лично сообщила об этом, явившись в штаб-квартиру. Впрочем, прежде чем информировать о задании, она поинтересовалась у Агаты, как ей понравилось кататься на колесе обозрения.
Сначала девушка подумала, что ей предъявляют претензию за нарушение конспирации, но когда шеф выразительно посмотрела на Агату, она поняла – та откуда-то все знает про нее и Кирби. И покраснела.
Казалось, шеф была вполне удовлетворена реакцией девушки и ее невнятным бормотанием – и неожиданно попросила Агату рассказать о ее детстве. И вскоре разговор сам собой свелся к тому, что Агата вспоминала о своих похождениях и проказах, а шеф молча ее слушала. Почти во всех историях фигурировала лучшая подруга Агаты, и в какой-то момент шеф попросила ее более подробно рассказать о Нике.
– Вы ведь давно с ней дружили, не так ли?
– А почему она вас так интересует? – удивилась Агата.
Шеф недовольно поджала губы:
– Николь рей Хок разбудила самый большой аэролит в истории. И мне хотелось бы узнать о ней как можно больше, чтобы проанализировать и понять, как такое могло случиться.
