Но Кристоф уже забыл об этом ее неудачном движении: он увидел Викторию Сан Гильермо, которая появилась в зале, покачивая бедрами, под шепот присутствующих. Бывшая певица, француженка, уехавшая за океан в погоне за славой и нашедшая ее. Следует признать, вопреки всем ожиданиям. Интерес, который она вызывала тогда, как говорили, отнюдь не был связан с ее голосом. Любимая пациентка косметических хирургов, она сделала впечатляющее количество косметических операций. Ее лицо ничем не напоминало то, что было у нее раньше, но благодаря скальпелю и коллагену средства массовой информации постоянно представляли ее самой
Конечно же, наша ведущая теленовостей предпочла бы помериться силами с этой безумной модницей, а не разговаривать с Миллером. Поскольку, будучи профессиональной журналисткой, она представляла себя в некотором роде львицей посреди стаи гиен. Короче говоря, великая Софи Ракен чувствовала себя не на своем месте. Она безуспешно пыталась уклониться от всех этих пустых разговоров, но не видела вокруг себя никого, кто заслуживал бы чести составить ей компанию. Самым худшим был продюсер Миллера Эрве Ролле, пускавший слюни, глядя на нее.
Он привнес во Францию проект реалити-шоу и очень этим гордился. Стоило Софи только подумать о нем, как на ее лице возникала гримаса, и она почти радовалась тому, что рядом находился безмозглый телеведущий. Ни за что на свете она не согласилась бы разговаривать с человеком, который похабно все глотает вместо того, чтобы есть с наслаждением. Она была из тех женщин, которые, познав однажды всю нищету мира, не может есть без вилки или сесть на пол в костюме. Кому-то она казалась закомплексованной, некоторые называли ее «неудовлетворенной в любви», хотя сами не отличались мужской силой. В сексе у Софи Ракен были свои маленькие секреты.
Самый известный продюсер телевидения пожирал одну за другой нежные порции тресковой печени с красной икрой. Он обсыпал крошками картофеля своего собеседника, который безуспешно пытался ретироваться. Эрве Ролле был из тех отвратительных существ, у которых имеется ужасная привычка во время разговора приближать лицо к лицу собеседника. На галстуке его блестело жирное пятно, шнурок на ботинке фирмы «Винстон» развязался, над ухом торчал клок волос, из ноздрей вылезали длинные волоски. Но ему было совершенно наплевать на свой внешний вид. Эрве Ролле имел миллионы благодаря глупостям, которые он поставлял для телевидения. Он гордился тем, что был всего лишь опущенным человеком, потому что, элегантным он был или же нет, в постели у него бывали самые красивые девицы ночи. Он совсем не стеснялся того, кто стоял напротив, тенденциозного рекламщика, которому многие видные политические деятели доверили свой бюджет на рекламу.
Тот взял себе псевдоним, чтобы его визитная карточка выглядела солиднее. И превратился таким образом из Марка Домингеза в Марко Геза. Он был уверен, что это все меняет: он днями и ночами работал под этим псевдонимом и был горд тем, что придумал себе имя, бывшее одновременно простым, коротким и звучным. С Ролле они готовили важную рекламную кампанию, и именно это они обсуждали, когда услышали за своей спиной голос дивы пения, сильный, хотя и слегка суховатый, но обладавший впечатляющей силой звука. Во всем мире не было человека, который бы не знал этот голос.
Клара Лансон была одной из редких франкоязычных певиц — родилась она в Женеве, выросла в Монреале, — кому удалось завоевать сердца стольких различных людей. Двое ее телохранителей остались в холле. Звезда не захотела, чтобы они проходили через турникеты, которые вели в салон: здесь она чувствовала себя в полной безопасности. Клара направилась к Марку Террьену, заместителю Серра, раскрыв объятия. Он также раскинул руки, но не посмел приложиться щекой к ее щеке, и поэтому они обменялись громкими воздушными поцелуями. Террьен, большой поклонник дивы, был горд тем, что ему удалось добиться ее присутствия на этом приеме.
