– Ира, – шагнул вперед, но она подняла руку, останавливая меня. – Пожалуйста, выслушай. Я люблю тебя. Я не могу без тебя. Все, что было, – это не игра, не похоть. Я думал, что смогу забыть, но не смог. Ты – все, что мне нужно.
Она засмеялась, смех был горьким, почти истеричным. Слезы блеснули в глазах, отвернулась, сжимая кулаки.
– Любишь? – почти выплюнула это слово. – Ты использовал меня, Тимур. Ты поиграл, пока был в ссылке, а потом уехал к своей богатой невесте. Когда твоя помолвка? Сегодня? Я тебя поздравляю. А теперь убирайся.
– Нет никакой помолвки, – шагнул ближе, чувствуя, как захлестывает отчаяние. – Я отказался. Я ушел от отца, от его денег, от его фирмы. Я оставил все – квартиру, машину, карты. У меня только старый «Форд» и немного наличных. И я здесь, Ира. Ради тебя. Потому что я люблю тебя. Прости. Я не защитил тебя, я подвел, но я хочу все исправить. Я хочу, чтобы ты была моей женой. У меня нет кольца, но я куплю его, клянусь. Только дай мне шанс.
Девушка молчала, ее грудь вздымалась от тяжелого дыхания, слезы текли по щекам. Я видел, как она борется с собой, как боль и гнев борются с чем-то еще, что я не мог понять. И тогда она заговорила, ее голос был тихим, но твердым.
– Я беременна, Тимур.
Шок ударил, как молния, но за ним пришло что-то теплое, огромное, как будто сердце расширилось в груди. Я смотрел на нее, на заплаканное лицо, и понял, что счастлив. Счастлив, несмотря на все. Шагнул к ней, протянул руки, но она отступила.
– Ты не понимаешь. Я одна. Ты бросил меня. Я думала, что останусь с этим ребенком одна. Ты разбил мне сердце, Тимур.
– Ира, – упал на колени перед ней, не заботясь о том, как это выглядит. – Я не брошу тебя. Никогда. Этот ребенок – наш. Я хочу быть с тобой, с ним, с вами. Прости меня. Я сделаю все, чтобы ты мне поверила.
Она смотрела, слезы текли, но в ее глазах мелькнуло что-то – надежда, страх, любовь?
Но когда Ира шагнула ко мне, я поймал ее в объятия, она уже не сопротивлялась. Прижал ее к себе, чувствуя тепло тела, запах волос, нежно поцеловал. Она отвечала, ее губы дрожали, но Ира целовали меня в ответ, и я знал: мы справимся. Вместе.
– Я люблю тебя, Иринка, – прошептал, уткнувшись в ее волосы. – И нашего малыша.
Девушка всхлипнула, обнимая меня крепче, и я понял, что это начало нашего счастья.
Пять месяцев пролетели, как один миг, но каждый день был полон жизни, любви и перемен.
Я стояла перед зеркалом в ванной нашей маленькой квартиры, на шестом месяце беременности, чувствуя, как мой живот становится все тяжелее, а сердце – все легче.
Халат едва прикрывал мои округлившиеся формы, а я улыбнулась своему отражению, нанося легкий макияж. Сегодня был особенный день – мы с Тимуром собирались в Москву, чтобы встретиться с его родителями.
Я никогда их не видела, кроме того кошмарного дня в офисе, когда отец Тимура смотрел на меня с презрением, а я бежала, задыхаясь от стыда. Но все изменилось. Когда Тимур сообщил отцу, что я жду ребенка, а потом женился на мне – буря между ними улеглась.
Не сразу, конечно. Были крики, угрозы, но новость о будущем внуке смягчила сердце даже такого сурового человека, как Артем Викторович.
Тимур отказался от фирмы отца. Мой упрямый, дерзкий муж решил начать все с нуля, и, у него это получалось. Он запустил небольшой стартап – мобильное приложение для поиска экологичных строительных материалов.
Идея родилась из наших с ним разговоров о проекте жилого комплекса, который так и не увидел свет. Тимур вложил в это все свои знания, энергию и ту самую страсть, которую я когда-то полюбила.
Его приложение уже привлекло первых клиентов – небольшие строительные компании, которые хотели работать с зелеными технологиями. Он сутками сидел за ноутбуком, встречался с инвесторами, рисовал планы, и я видела, как он горит.
Не ради денег, не ради славы, а ради того, чтобы доказать себе – и мне, – что он может. И он мог. Я гордилась им, хотя иногда ворчала, когда он засиживался допоздна, забывая поесть.
Я наносила тушь, стараясь не испортить макияж, когда дверь в ванную скрипнула. Тимур вошел, еще не одетый, в одних боксерах, темные волосы были растрепаны, а в глазах был огонь, от которого у меня до сих пор подгибались колени.
Он подошел сзади, обнял, теплые ладони легли на выпирающий живот, почувствовала, как ребенок шевельнулся, будто здороваясь с отцом. Тимур улыбнулся, прижимаясь губами к моей шее, его дыхание защекотало кожу.
– Ты прекрасна, малышка, – прошептал низким голосом, отчего по телу побежали мурашки. – Самая красивая будущая мама в мире.
Засмеялась, откидывая голову назад, чтобы встретиться с его взглядом в зеркале.
– Ты просто хочешь, чтобы я перестала ворчать, что мы опоздаем.
Он ухмыльнулся, еруки скользнули выше, к моим плечам, а потом ниже, под халат, который и без того едва держался.
– Опоздаем? Ну и пусть. У нас вся жизнь впереди, моя девочка.