Развязал пояс халата, он упал с шорохом на пол. Теперь я была перед ним обнаженная, тяжелая, полная грудь вздымалась от учащенного дыхания. Соски, чувствительные и темные, тут же отреагировали на прохладный воздух, а я почувствовала, как жар разливается по телу.
Тимур смотрел на меня с таким обожанием, что я забыла о своих комплексах, о том, как изменилось мое тело, о всех сомнениях, которые когда-то терзали меня. В его глазах я была желанной. Любимой. Единственной.
Он развернул меня к себе лицом, склонился, захватывая губами по очереди то один то другой сосок, я громко простонала. А потом он опустился на колени, его руки нежно обхватили мои бедра, и я ахнула, когда его губы коснулись моего живота.
– Привет, малыш, – прошептал он, целуя кожу, где наш ребенок уже начинал проявлять характер, толкаясь изнутри.
Губы двинулись ниже, я задрожала, приподнимая одну ногу и ставя ее на край ванны, открываясь для него максимально, уже возбужденная и мокрая. Его язык прошелся по половым губам, теплый, уверенный, я застонала, вцепившись пальцами в его волосы.
Мои руки сами собой скользнули к груди, лаская чувствительные соски, и волны удовольствия захлестнули как цунами. Его движения были медленными, но такими точными, что я быстро потеряла контроль.
– Боже мой… а-а-а… Тимур… как же сладко… а-а-а… господи, я уже… уже кончаю…
Стоны эхом отдавались в маленькой ванной. Я кончила, выгибаясь, выкрикивая его имя, и он держал меня, не давая упасть, пока ноги дрожали.
Тимур поднялся, глаза горели, губы блестели от моего сока, он притянул меня к себе, целуя так, будто хотел выпить до дна. Его язык танцевал с моим, а я чувствовала вкус себя на его губах. Муж развернул меня спиной, обхватил руками талию.
– Ты такая красивая, малышка. Такая горячая. Я схожу с ума от тебя. Хочу чувствовать тебя.
Все внутри задрожала от его слов, от того, как его ладони скользили по моему телу, от того, как он прижимался ко мне сзади, давая почувствовать, насколько сильно он меня хочет.
Твердый и огромный член вошел в меня медленно, осторожно, учитывая мое положение, но с такой нежностью, что я задрожала. Мы двигались в унисон, медленно, глубоко, каждый толчок эхом отдавался в теле удовольствием.
– Сильнее, милый… а-а-а… сильнее… еще… боже мой… а-а-а…
Мои стоны смешивались с его рычанием, его руки гладили мой живот, грудь, я чувствовала, как он сдерживает себя, чтобы не быть слишком грубым. Но мне это и не нужно было – его любовь, его нежность, его страсть были всем, что я хотела.
– Тимур, – выдохнула, чувствуя, как приближается оргазм. – Я… я не могу… а-а-а… не могу больше, я снова… кончаю… кончаю… а-а-а…
– Давай, моя девочка. Кончай для меня. Я с тобой, я сам на грани.
Я закричала, когда волна оргазма накрыла меня, член Тимура стал еще больше, растягивая меня изнутри. Он последовал за мной, мы кончили одновременно, тяжело дыша, прижимаясь друг к другу.
Мои ноги подкосились, но он держал меня, не давая упасть, теплая сперма стекала по внутренней стороне бедра. Мы стояли так, пока дыхание не выровнялось, пока мир не вернулся на место. Халат валялся на полу, зеркало запотело, и я засмеялась, чувствуя, как слезы счастья щиплют глаза.
– Мы точно опоздаем, – поворачиваясь к Тимуру и проводя пальцами по его щеке.
Муж улыбнулся, его глаза сияли, он мягко поцеловал меня в лоб, потом в губы.
– Пусть ждут, моя девочка. Мы ни от кого не зависим. У нас вся жизнь принадлежит нам. Я люблю тебя.
Прижалась к его груди, чувствуя тепло тела, биение его сердца.
– Я тоже тебя люблю. И если бы не та авария, то нас могло бы и не быть.
– Не могло, я ехал к своей судьбе.