Крылатый лев полностью

– Ну как же? – принялся объяснять я. – Оказался добрый молодец в избушке Бабы Яги, а она ему говорит: «Три загадки отгадаешь – отпущу, не отгадаешь – в печку!» Вот и вы как та Баба.

– Вот так сказал, парень! Какая я тебе баба! – Гномиха обиженно сдвинула рыжие брови и руки в бока уперла. – Ты меня бабой не называй! Молод пока. Для тебя я Дама! Дама Гнома!

– Дама так дама, – равнодушно согласился я. – Пожалуйста.

– У меня и имя имеется! Терезой меня зовут!

– А я Лион.

– Так почему ты, Лион, про свою даму ничего не спрашиваешь? Судьбой ее не интересуешься?

Сердце мое застучало, как заведенная механическая игрушка, но я сказал осторожно:

– Почему? Интересуюсь так-то.

– Ну вот и спрашивай тогда!

– Ну вот и спрашиваю.

Гномиха разочарованно вздохнула, покачала головой с нескрываемым осуждением.

– Какие вы, парни, равнодушные! А если красавица в плену? А если страдает, рыдает, к тебе рвется?

– А она… точно рвется? – тихо спросил я. – Что с ней?

На розовощеком лице отразилась гамма чувств – ей, вроде бы, хотелось еще меня подразнить, но и новость сообщить не терпелось. Наконец, Тереза махнула пухлой рукой:

– Да все хорошо с ней! Гномьей королевой будет! У нас ведь традиция – как новая девица забредет в наши края, так королевой и становится. Добраться до нас непросто, так что иной раз королева по полвека царствует, пока не помрет. А безвластие – это всегда худо… Но нынче все складно. И прежняя королева не старая, и нынешняя хороша. Юная, красивая… Да умная, видать, раз смогла до наших краев добрести!

Впервые в жизни заболело сердце. Снова хотелось поколотить по стенам, но я только вздохнул.

– Да уж… Еще какая умная…

И замолчал.

Вот и завершилась игра «Дойди по клеточкам до победы». Все фишки сошли с дистанции – я, отец, Пряник, Реус, Кузя и даже Колдун. И только одна добралась до финиша и стала дамкой. Дамой. Королевой.

Так неужели был прав подлый Колдун, коварно пробравшийся в сердцевинку сна, и Вишня – трогательная девочка с темными косичками – на самом деле расчетливая, хладнокровная и прагматичная девица? Ведь она все рассчитала! Она знала, как стать гномьей королевой! Но одной отправляться в дальний путь рискованно, а тут как раз я со своей бедой подоспел. Так почему же не устроить судьбу?

Поживет здесь пару лет, нагрузится золотом и алмазами и вернется, богатая и счастливая, в Светлый город. А там и замуж выйдет.

Но… неужели все, что было в нашем трудном пути, оказалось вымыслом, ложью, актерством? Ведь я так полюбил ее, эту Вишню! И сейчас все кипит внутри, когда думаю о ней.

– Ну, что молчишь? – толстая гномиха бесцеремонно ткнула меня кулаком. – Чего за подружку не радуешься?

– Радуюсь.

– Кисло радуешься! Или ты против, чтоб она на трон села? Может, жениться на ней хотел?

– Ничего я не хотел. И рано мне жениться.

– Рано – не поздно… – невпопад отозвалась Тереза. – Но ты вовремя явился! Мне рабочая сила нужна. Покормлю тебя, потом трудиться будешь.

Тереза закинула ружье на плечо, ушла и через минуту вернулась, неся на подносе жареную курицу, картошку с укропом,тарелку хлеба и чашку морса. Сунула вилку.

– Ешь давай!

От угощения я отказываться не стал – после застолья у Урсулы предложенная Терезой еда и впрямь казалась королевским обедом. А Тереза тем временем говорила:

– Руки-то из нужного места растут? Забор покосившийся починить сможешь? Крышу залатать? Или у тебя мастерство какое есть?

– Некогда мне заборы чинить, – сумрачно сказал я, вспомнив золотую львиную гриву. – Мне дальше идти надо. А за обед – спасибо!

– О, быстрый какой! Пойдешь, когда отпустим. А раз уж заявился, так пользу принеси!

– Да некогда мне! Дело у меня важное.

– Подумаешь, важное! – передразнила Тереза, убирая на подоконник поднос с пустыми тарелками. – У меня поважнее. Коронация через полчаса, а я тут прохлаждаюсь, тебя кормлю! Ты, парень, благодарить меня должен и в ножки кланяться, а не бурчать, как медведь в лесу. Ишь какой! – она поправила ружье.

– Я благодарю! Но с чего это – «в ножки»?

– А как же? Тебя наши горячие головы в рудники решили отправить, да в самую глубь! А там несладко с непривычки-то, и с ростом твоим не развернешься. А я взяла и запретила тебя в рудники! Ты мой должник! – кудрявая гномиха весело пихнула меня в предплечье и звонко, белозубо рассмеялась.

– Почему это гномы меня невзлюбили? – стараясь оставаться невозмутимым, поинтересовался я. – Граждан ваших не убивал. На золото-брильянты не покушался.

– А откуда нам знать, зачем ты сюда явился, – может, как раз за золотом? Да и девочка твоя о многом нам рассказала: и про то, что на драконе летал, тоже. Так что доверия тебе нет, странник дорогой!

– Значит, рассказала… Ну молодец.

– А что ты не оправдываешься? Мол, не было никакого дракона, выдумки все… А?

– Не хочу врать, – угрюмо ответил я. – Есть дракон. Маленький, ручной и домашний. Кузей зовут.

– Мне плевать, домашний он или уличный. Кузя, Медузя… Для гнома он первый враг!

Я устало вздохнул.

– Послушайте, Тереза. Скажите вашим, чтобы меня отпустили. Вы ведь вроде умная…

– Ну спасибо! – подбоченилась гномиха. – Комплимент так комплимент.