– В снятую мной квартиру – комнаты там вполне приемлемые, и когда на днях я их снимал, я имел в виду тебя, как ты, вероятно, сама почувствовала. Мы можем это устроить: пара крупиц смелости – вот и все, что нам нужно. Людям в нашем положении всегда удается это устроить.
Кейт слушала, как бы ради получения информации, и в ее молчании он видел поддержку – поскольку проблема заключалась в том, что он продвигался шаг за шагом, а Кейт и не подумала укрыться от ответа, изобразив возмущение. Впрочем, Деншер и не ожидал от нее подобной вульгарности, но отсутствие у нее шока лишь добавило ему трепетного осознания, что существует более глубокая причина для предвкушения новых возможностей. Чтобы понять, какова Кейт, Деншеру нужно было лишь
– Для меня здесь не остается ничего возможного, кроме сознания, что я не идиот. Вот и все, что я хотел сказать, но тебе должно быть понятно, что это значит. С тобой я смогу это сделать. Я пойду так далеко, как ты потребуешь или как далеко зайдешь сама. Без тебя – да скорее меня повесят! И мне нужна уверенность.
Кейт слушала так хорошо, что продолжала слушать, даже когда Деншер перестал говорить. Он не выпустил ее руку, так и держал ее повыше локтя, притягивая девушку ближе к себе, и, хотя они опять все это время стояли, его разговор с нею глядящим издалека мог представляться – в этом несравненном месте – разговором потрясенного впечатлениями туриста с несколько менее впечатлительной спутницей. Завладев ее рукой, Деншер заставил Кейт повернуться, так что теперь они оба снова стояли лицом к собору Святого Марка на другом берегу великолепного пространства, в котором блуждал сейчас взор нашего молодого человека, тогда как Кейт бесцельно вертела в другой руке свой зонтик. Однако она вдруг сделала движение, в конце концов обратившее их лицами к противоположной стороне. Только тут она заговорила:
– Будь добр, отпусти мою руку.
Он тотчас же понял: Кейт углядела в тени аркады появление их спутниц из обители приобретений. Так что они направились к ним, как шли до этого – бок о бок, и это было нормально. Их спутницы тоже заметили молодых людей и довольно спокойно ожидали под одной из арок, пока они к ним подойдут. И сами они тоже – рассудил Деншер, полагая, что так рассудит и Кейт, – выглядели вполне готовыми к встрече, благопристойно терпеливыми и в приличном согласии друг с другом. Они всегда выглядели ничуть не хуже – исключительно благодаря системе, выработанной Кейт, – чем пара отпрысков сверхцивилизованного века, способных сделать хорошую мину при любой неловкости. Они нисколько не торопились – иначе получилось бы, что они переигрывают, – так что Деншер успел прочувствовать, так сказать, что именно он чувствует. Он чувствовал так ясно, как никогда прежде, – и он предстал с этим ощущением перед миссис Лоудер, – что в каком-то смысле он уже обрел то, чего желал. Он обретет еще больше – обретет все! Он еще не все – далеко не все! – обсудил со своей спутницей. Но то, что он обрел, было реальностью – то есть тот факт, что она не набросила ужасающую тень дешевых упреков на его ясность. А их он до такой степени боялся, что избавление от страха уже само по себе было чем-то похоже на счастье. Опасность миновала – осталась там, за его спиной, в огромном, залитом солнцем пространстве. Пока что Кейт была добра к нему и не воспротивилась тому, чего он хотел.
Кейт была достаточно добра, как оказалось, и когда Деншер в тот же вечер, и с бо́льшим основанием, задал ей следующий острейший вопрос, рвавшийся с его губ еще утром, но который его предыдущие заботы тогда вытеснили из его сознания. Такая удача выпала ему, по случайности, потому, что, явившись, как обычно, к концу дня во дворец, он узнал от миссис Стрингем, что Милли и теперь не сможет спуститься, чтобы пообедать с ними, но, судя по всему, сумеет присоединиться к ним позже. Он застал Сюзан Шеперд в большом зале, где горело гораздо больше свечей, чем обычно зажигали по распоряжению их приятельницы – Милли день ото дня становилась все более щедрой, все более роскошной, – всех это поражало, и все ее за это поддразнивали: яркое пламя высвечивало всепроникающую мистерию Стиля. Так Деншеру удалось провести наедине с нашей милой дамой пять минут до того, как появились миссис Лоудер и Кейт: пять минут, осветившие на самом деле значительно большее пространство, чем все свечи Милли.
– А
