Она ловко сбила дощечки, потом занялась треугольной крышей, доктор ушла. А Тиль посмотрела на схему, нарисованную на доске, и перевела взгляд на спину Руби. Преподаватель снова надела желтый спортивный костюм, но теперь Тиль не обманывалась ни ее жизнерадостным внешним видом, ни якобы веселым нравом. Тихонько встав из-за парты, она подкралась к шкафчику у стены. Руби увлеченно забивала гвоздь, девочки тоже заинтересовались заданием. Тиль приоткрыла дверку и нашла стопку рисунков. Нужный ей оказался в самом низу. На портрете, который нарисовала Джулия, Руби действительно выглядела старой, хотя на лице не было ни морщин, ни пигментных пятен, но вековая усталость лежала в глазах гранитной плитой. Белый ежик волос казался острым, как иголки. На шею падала странная тень, или это чешуя?
Положив рисунок на место, Тиль вернулась за парту и взяла молоток. Примерившись, вогнала гвоздь в мягкую древесину, соединив две дощечки. Руби маг, без сомнения. Все это затеяла она?
Как же сейчас не хватает Ланса, чтобы поделиться с ним открытиями. Где его, интересно, носит…
Спохватившись, Тиль выронила молоток и вскочила к двери. Он наверняка пошел за ней в библиотеку! Как бы не натворил там дел!
Она дернула дверную ручку, но та не поддалась. Толкнула дверь — будто попыталась проломиться сквозь несокрушимую стену.
— Сядь на место, — рыкнула Руби.
Тиль обернулась, и встретилась с холодным взглядом преподавательницы, смотревшей на нее исподлобья. Шагнув к парте, Тиль опустилась на стул.
— Выполняй задание, — приказала учительница. — Или будешь наказана.
Тиль демонстративно отложила молоток в сторону, закинула ногу за ногу, упрямо посмотрев на Руби. Та лишь хмыкнула и продолжила помогать Доротее. А Тиль услышала сдавленные всхлипывания и, повернувшись, заметила, как содрогаются плечики Алисы. Она быстро пересела к ней на свободный стул, забрала молоток из дрожащей руки.
— Не бойся, — прошептала она девочке. — Сейчас мы все сколотим. Держи гвоздь.
Алиса обхватила тоненькими пальчиками гвоздь, но он тут же выпал, скатился куда-то на пол. Тиль соединила две дощечки под прямым углом, сунула Алисе в ладони, а сама взяла молоток и забила гвоздь.
— Теперь следующий, — пробормотала она.
— Зачем ты мне помогаешь? — прошептала Алиса.
— Может, хочу получить наказание, переписать эту дурацкую книгу и посмотреть, что в ней тебя так напугало, — сказала Тиль. — Что с тобой произошло? Это связано с книгой?
— Я не знаю, — честно призналась Алиса. — Но раньше я была другой. Я могла менять мир. Глупо, знаю, ты не поверишь. Помнишь ту яблоню, где мы впервые встретились?
Тиль кивнула.
— Она появилась из-за меня, — прошептала Алиса ей на ухо. — Я ее придумала.
Тиль посмотрела на девочку внимательнее. На впалых щеках Алисы горел лихорадочный румянец, тонкие обветренные губы были искусаны до крови.
— Я не вру.
— Я тебе верю, — ответила Тиль. — Обещай, что тоже доверишься мне однажды.
— В смысле? — нахмурилась Алиса.
— Потом поймешь.
Тиль наскоро сколотила доски, приделала крышу и, подмигнув Алисе, пересела за свое место.
Руби шла по проходу между партами, оценивая кривые и косые скворечники, помогая девочкам и прикладывая руку к каждой поделке. Движения учительницы были точными, уверенными, и Тиль даже залюбовалась тем, как ловко она работает. После ее помощи можно было надеяться, что птицы, завидев свое потенциальное жилье, вернутся на Либеморт, а не улетят в ужасе, роняя перья. Руби подошла к ее парте, поцокала языком, глядя на заготовки, взяла молоток, и Тиль невольно отодвинулась в сторону.
— Ты так на меня смотришь, будто думаешь, что я сейчас разобью тебе голову молотком, — улыбнулась Руби, и от ее улыбки мороз продрал по коже. — Разве не знаешь, что учителям это строго запрещено? Подай гвозди.
Она сколотила дощечки в два счета, поставила скворечник перед Тиль. Круглое черное отверстие, вырезанное в доске, гипнотизировало и притягивало взгляд. Ни миг Тиль показалось, что там, в темной глубине, что-то шевельнулось.
— Итак! — Руби хлопнула в ладоши, и девочки повернулись к ней. — Все молодцы. Берем скворечники и идем за мной.
— Куда? — спросила Тиль.
— Увидишь, — сказала Руби, оглядывая поднимающихся с мест учениц.
— А кто получит сюрприз, и кто понесет наказание? — спросила Камилла, ненароком поворачивая свой скворечник удачной стороной.
— Решим на месте, — ответила Руби, легко открывая дверь.
49.
Первым делом Ланс подошел к окну и отдернул шторы. Мгла снаружи была густой и вязкой, как мазут, словно весь пансион вырезали из мира и поместили куда-то в безвременье, где длится вечная ночь.
— Наверное, затмение, — предположила Селена из-за его плеча. — Вот вы, Ланс, говорите, что вы маг. Это ведь не всерьез?
Он повернулся, окинул ее внимательным взглядом от волос, собранных в романтичный пучок, до кончиков лакированных туфель, отметив и густо накрашенные ресницы, и вздымающуюся грудь, подчеркнутую облегающей кофточкой.
— Серьезнее некуда, — ответил он.
