— Докажите, — потребовала Сара, которая сидела на стуле в углу. Под ее глазами пролегли глубокие тени, морщины между бровей обозначались резче, а в волосах будто добавилось седины.
— А того, что я прошел сквозь стену, недостаточно? — уточнил Ланс. — Ладно, докажу, но только если вы потом тоже откроетесь передо мной.
— Я расскажу вам все свои секреты, — горячо пообещала Селена.
— Все не надо, — попросил Ланс. Он отошел в центр комнаты, глубоко вдохнул, расправил плечи. — Анаэ-таа.
Крылья развернулись за его спиной искрящимся туманом, расправились от стены до стены.
— А я в хорошей форме, — пробормотал Ланс, заглядывая себе за плечо.
Сара подскочила со стула и быстро подошла к нему.
— Что это? — спросил она. — Какой-то вихрь? Это иллюзия? Фокус?
— Это энергетические крылья, — ответил Ланс. — Они есть у всех магов. У кого-то больше, у кого-то меньше. Бывают темные, светлые, разных цветов и оттенков. Как правило, по крыльям можно определить уровень мага, иногда — способности. Я — артефактор.
— Вот как, — только и смогла произнести Сара. Она осторожно провела пальцами сквозь туман за спиной Ланса. — Теплые.
Селена сглотнула и тоже подошла ближе.
— Это невероятно, — выдохнула она. — А я ведь знала, чувствовала, что в нашем мире есть волшебство. Вы должны прочитать мой роман! Он о простой девушке, которая оказывается потомком королей из волшебного мира…
— Откуда вы взялись? — спросила Сара, обходя его по кругу. Крылья постепенно исчезали, светясь радужными переливами. — Из другого мира?
— Маги — потомки расы анаэтов, — ответил Ланс, — Крылатых людей, которых истребили много лет назад.
— За что? — ахнула Селена, прижав руки к груди.
— Ну как — за что, — вздохнул он. — Когда есть кто-то, кто явно лучше вас, это может вызывать восхищение, уважение, любовь…
— Но чаще вызывает зависть, — кивнула Сара. — Вы не представляете, как часто я сталкиваюсь с этим в детском коллективе. Школьный класс — это ведь как модель общества, где все утрированно и увеличено, как под лупой.
— И как обычно поступают с теми, кто лучше? — заинтересовался Ланс.
— Во-первых, не все готовы признать чужое превосходство, — ответила Сара. — Ребенку кажется, что другому хорошие оценки ставят незаслуженно. Во-вторых, может начаться травля. Физически, разумеется, ученицу не уничтожат, но морально это может быть болезненно, особенно для неокрепшей психики. И это еще нам не приходится сталкиваться с родителями якобы недооцененных чад! А за свою преподавательскую карьеру я повидала сотни мам, которые уверены, что их ребенок — лучший, и готовы стены головой пробить, чтобы и весь мир это признал.
— Ладно. Теперь вы, — напомнил Ланс. — Позволите?
Он положил ладонь на солнечное сплетение Сары, посмотрел ей в глаза.
— Скажите «анаэ-таа», — попросил он.
— Анаэ-таа, — послушно повторила она. Они замерли в ожидании, но ничего не происходило.
— Селена, ваша очередь.
Селена подошла к Лансу, взяла его руку, положила себе на грудь, а сама провела пальчиками по его голому плечу.
— Чуть ниже, — сказал он, опустив ладонь. — А вам необязательно меня гладить. Теперь говорите.
— Анаэ-таа, — выдохнула Селена, закрыв глаза и прижавшись к Лансу.
— Ничего, — констатировал он, пятясь. — Что ж…
— Уверены? — спросила Селена, разочарованно заглядывая себе за плечо. — Анаэ-таа, анаэ-таа, — она повторяла заклинание с разными интонациями, все больше злясь.
— Тем лучше, — бодро сказал Ланс. — Теперь я могу быть уверен, что ведьма, из-за которой началась эта заварушка, не одна из вас.
— Ведьма? — нахмурилась Сара. — В пансионе есть еще один маг?
— И с очень недобрыми намерениями, — подтвердил Ланс.
— Надо найти ее! — воскликнула Сара. — девочки могут быть в опасности!
— Ах да, девочки тоже маги, — сказал Ланс. — Может, не все, но многие.
Сара прижала ладонь ко лбу, опустилась на стул.
— Конечно, это многое объясняет. Само устройство мира оказалось не таким, как я считала. Но почему вы все это нам рассказываете? — спросила она. — Ведь это наверняка большая тайна. Очевидно, что маги по какой-то причине скрываются.
— Верно, — безмятежно подтвердил Ланс, присаживаясь на край стола. — Это большой секрет. Но сейчас мне может понадобиться любая помощь. Когда все закончится, я попрошу Матильду внушить вам, что всего этого не было. Она может.
— Еще и Матильда, — кивнула Сара. — И что теперь? Как мы выберемся отсюда?
Ланс снова подошел к окну, вгляделся в тьму, и оттуда, словно полная луна, выплыл круглый желтый глаз, уставился на колдуна. Ланс быстро задернул штору, вернулся к дверному проему и попинал каменную кладку ногой, на которой еще остался ботинок. Потом открыл шкаф, ностальгически вздохнул, глядя в темное нутро.
