Проснулась я как от сильного толчка в плечо или от крика прямо в ухо, отзвук которого еще метался в гудящей черепушке, пока лупала глазами, соображая, где нахожусь. Такое чувство, что кто-то проорал мое имя… причем голосом Лукаса, и от этого меня всю передернуло, как от сильного сквозняка и жутко некомфортного тянущего ощущения внутри, что было неизменным спутником любого намека о воспоминании о нем. На лежанке из мехов я была одна, и в комнате Мак-Грегора не наблюдалось. Глянув вниз через люк с лестницей тоже нигде его не увидела. Выползла из теплого кокона, поеживаясь от перепада температуры, пусть было тут тепло, и, морщась от давно забытой приятно-саднящей боли между ног и даже в глубине тела. Да уж, кое-кто природой не обижен — и размерами, и выносливостью, да и чутье на удовольствие партнерши у этого виверна… прямо-таки звериное. Рвано вздохнув от дразнящей волны слишком реалистичных воспоминаний о постельной эквилибристике этой ночи, прошедшейся нервной щекоткой от макушки до пяток, сунула голову в окошко наружу, где все было окрашено в невзрачно-серые тона и только уголок неба зарозовел. Естественно, никакого Киана там не обнаружила. А если он решил, что получил от меня достаточно, и уфигачил в дальние дали, кинув тут посреди незнамо чего? Паника была секундной, но больше всего в ней мне не понравилось то, что я вдруг испугалась не только и не столько остаться одна в абсолютно неизвестной обстановке, а… остаться без него.
— Да что за на хрен? — прорычала, злясь на себя за эту дурость. Откуда это дерьмо пессимистично-сентиментальное? Резко захотелось смыть с себя запах и последствия секса, будто это способно вернуть мне здравомыслие и нормальные мои инстинкты, говорящие, что и намек на привязанность — плохо, а полагаться на кого-то — вообще самоубийственно. Я же намеревалась как-то освоиться и выживать тут сама, так имеет ли значение, свалил хитрый виверн или нет? Сама-то я это как раз собиралась сделать в любой подходящий момент.
Успокоив себя такими размышлениями, я спустилась… и таки проверила наличие мерцающего осколка в рюкзаке Мак-Грегора, прежде чем фыркнуть презрительно на саму себя и пойти в подвальную купальню. Но через пару шагов развернулась, прихватила торбу с булыжником и только тогда спустилась под пол.
Я успела неторопливо и обстоятельно отмыться, собрала и аккуратно сложила свои шмотки и штаны Киана, отмечая, что умотал-то он голышом, и даже белье свое постирала, и как раз размышляла над тем, где бы его скромненько развесить, чтобы не сушить опять на себе, когда почувствовала проходящий прямо по костям и нервам отзвук вивернячего обращения, и спустя пару моих вдохов хлопнула дверь и послышались гулкие шаги. Коварно притаившись, я покосилась на рюкзак с артефактом, пытаясь определить по направлению звука, куда же первым делом пойдет мой любовник. Судя по всему, он, не притормаживая, рванул к лестнице, а не проверять сохранность своей ворованной у ликторов прелести, и всего через пару секунд раздался его встревоженный вопль:
— Войт. Где ты?
Я уже открыла рот, чтобы сдаться, но этого не понадобилось, потому что Мак-Грегор спрыгнул вниз и пошел на меня с достаточно устрашающим видом.
— Да вон, в углу твоя каменюка, — усмехнулась я, указывая, чуть попятившись и напрягшись. Уж больно каким-то заведенным и агрессивным выглядел Киан.
Он и не подумал и покоситься в сторону волшебного булыжника, словно и вовсе меня не слышал, а налетел, притиснул к деревянной стене спиной и неожиданно стал тереться носом и щекой о мою шею, ключицу, плечо, оглаживая ладонями бока так быстро, как если бы боялся не успеть, постанывая и порыкивая слишком уж не по-человечески, и все его тело изгибалось, шло волной, вжимаясь и нахально демонстрируя феноменально быстрое наступление его полного возбуждения. И мое собственное тело ответило на этот требовательный самцовый призыв мгновенно и однозначно, увлажняясь и расслабляясь, заходясь тягучими приглашающими спазмами в лоне.
— Какого черта? — спросила чисто для сотрясения воздуха, запуская одну руку в спутанные пряди на его затылке, вторую собственнически угнездив на его великолепной, находящейся в непрерывном движении заднице и закидывая ногу ему на бедро, открываясь навстречу.
— Ушла из постели… — Его ответ напоминал больше гортанное рокотание, когда он вминался в меня, проникая до предела, до крошечных микровзрывов сразу в жаждущих глубинах и мозгу, и отступая совсем чуть-чуть, будто не желал покидать мое тело ни на единый лишний миллиметр. — Смыла мой запах… Хотела спр-р-рятаться от меня?
— От тебя спрячешься, — не столько фыркнула, сколько всхлипнула от очередного мощного выпада, заставившего меня скользить спиной по стене.
— Пр-р-равильно, даже не пытайся, — Киан крутнул бедрами, и тут же, внезапно и одновременно так ожидаемо, я оказалась в одном вдохе от оргазма. — Найду, всегда найду… всегда… найду…
