Володя уехал, Наташа – тоже, Любава оставалась вовсе уж без дела, пусть ребенком займется. А сплетни… на Востоке длинный язык укорачивают с головой. Вот не худо бы и здесь такую традицию ввести.
Во Франции тоже было оживленно.
Людовик готовился к войне с Англией. После усмирения бунтов нормального правления там так и не появилось. Был парламент, была палата лордов и палата общин – и только-то. Сыновья Карла себя дискредитировали, да так, что при одном упоминании любого сына у англичан изжога открывалась. Хватит!
Один бежал, второй и третий – братоубийцы, какие там остальные – и подумать страшно! Были, правда, еще дочери Якова… Но кто из них достоин занять трон? Мария? Анна?
Тут-то и возникал сложный вопрос. Мария замужем за Карлом Шведским, Анна за Георгом Датским, а эти две страны собирались сцепиться. И кого приглашать на трон Англии?
Извините, в чужих сварах участвовать англичане не нанимались, своими уже сыты по горло. Лучший вариант тут подождать и посмотреть, кто победит. А уж потом…
Так что шансы у Людовика были – и очень неплохие. Сын Якова, законный, мать – королева, причем теперь уже дважды, войска есть, а вот Англия сильно ослаблена. Почему бы и не попробовать?
Главное препятствие представлял английский флот, но что – у французов своего флота нет? Есть, и еще как. Маркиз Сеньелэ, кстати, сын Кольбера, всю душу в него вложил. И адмирал был подходящий – де Турвилль.
В то время как в Англии…
Сэр Эдвард Рассел мог рвать и метать, мог делать что угодно, но – где взять деньги? Только сильная страна может позволить себе сильный флот, а у него… П-парламент!
Продовольствие поставляется такое, что его не всякая собака есть будет, канаты гнилые, корабли не чинятся, а моряки, не получая денег, начинают потихоньку разбегаться. Нескольких дезертиров поймали и повесили, но, положа руку на сердце, сэр Эдвард понимал, что обещаниями сыт не будешь. Семью кормить надо.
Сейчас у Рассела было порядка пятидесяти-шестидесяти боеспособных кораблей, но, опять же, это полбеды! А пушки? Снаряды?
На эскадру приходилось порядка трех с половиной тысяч орудий. А у французов пушек было побольше, ох побольше. Кроме того, кто сказал, что это были русские пушки?
К русскому оружию сэр Эдвард относился весьма уважительно. Многое можно сказать про этих варваров, но пушки они лить умеют. Скорострельные, дальнобойные – три штуки на всю эскадру, установлены на корабле-флагмане. Обошлись казне чуть ли не по весу золотом, но ведь они того стоят! А остальные?
Пятьдесят на пятьдесят?
Ага, как же! Скажите, десять на девяносто! Десять процентов пушек хороших, и девяносто такого барахла, что врагу б его подарить диверсии ради – да не возьмет!
А у французов?
Чего только стоит фрегат «Солей-Руаяль»! Сто десять пушек! Свеженький, недавно с верфей! Да и французских адмиралов идиотами не назовешь…
Очень мало утешило бы Эдварда Рассела сообщение о том, что кормят французов ненамного лучше, а порох, который им поставили, большей частью состоит из угля, и потому нужно его побольше. Да и нагар с него… Его же выделили! И стрелять пушки будут!
К тому же там, где англичане делали ставку на калибр пушек, французы ставили более мелкие орудия, но и более скорострельные. И на два английских выстрела могли ответить своими тремя.
Сэр Эдвард понимал, что в начале июня французский флот выйдет в море. И что битве – быть.
Кто победит? Неважно. Свой долг он выполнит и будет стоять до последнего, что бы ни случилось.
– А вырос-то как! И как на батюшку похож!
Польская королева, не стесняясь, тискала приехавшего брата. И верно, из всех Романовых Володя был больше всего похож на отца. Те же мягкие черты, чуточку беспомощное выражение лица, добрая улыбка… Лет двадцать пройдет – и не отличишь их.
Своей доли восхищения удостоилась Наташа – и пришла очередь кузенов. Сын, сын, три дочери и еще один сын… Польская королевская чета времени не теряла, преумножая число юных Корибутов.
Поцелуи, объятия, слезы, письма… В том числе и несколько официальных, переданных Михайле. Свадьба польского королевича и княжны из рода Ракоци должна была состояться в Польше, а Наташе предстояло ехать в Венгрию. И глядя на юную царевну, Михаил не мог не подумать, что Ференцу повезло.
Красавица, умница, если она хоть чуть похожа на его, Михайлы, жену – лучшего и не надо. Сколько лет они с Марией вместе, а Михайла на других женщин и не смотрел. К чему?
Мария любила его, была умна, красива, подарила ему детей, к тому же жену он искренне полюбил. Женился по расчету, а получилось – счастье. Вот и сыну бы так повезло! Хотя мать у Юлианы умничка, может, и дочь окажется не глупее.
Вот прибудут венгры – посмотрим. А пока можно и племянников порасспрашивать. Что на Руси делается, как, когда… Сильный сосед – это хорошо. А такой, который с тобой плечом к плечу стоит, – так и еще лучше.
– И даже если невеста тебе не понравится или ты разочаруешься – все равно улыбайся. И будь милым. Ты понял?
Ферек кивнул.
