– И не думай. Переночуешь у меня, в той самой комнате, где полно пыли. А завтра снова уедешь из города.
– Почему?
– Не почему, а зачем. В благодарность за птичку я подарю тебе историю об одном чуде, связанном с бессмертием. Может быть, там тебе больше повезёт.
– Начинается зима, не самое лучшее время болтаться по дорогам. С такими деньгами, – коснулась я кошелька, – я могла бы без проблем перезимовать даже в Великом городе.
– Хочешь сидеть у камина и вязать чулки, пока Белая госпожа скачет по дорогам?
– Ну хотя бы и так.
– Не выйдет. Ты бродячий маг. Дорога твоё проклятие, ты протянешь в городе не больше пары дней, и то с трудом. Рюк предложил тебе стать его ученицей? – неожиданно спросил Рэут.
– Да, как вы узнали?
– Это просто. Твоя сила растёт. Рюк не мог это не почувствовать. Ты согласилась?
– Нет.
– Почему?
– Если я и стану чьей-то ученицей, то только вашей, – ответила я не задумываясь.
Рэут ухмыльнулся:
– Тебе нет смысла быть чьей-то ученицей. Ты ничему не сможешь научиться ни у меня, ни у главного мага.
– Я настолько глупа? – Мне стало обидно.
– Не в этом дело. У других пусть учатся бездари. У тебя есть талант. Таланту необходимо искать дорогу самостоятельно, иначе он захиреет. Это не означает, что не нужно учиться вовсе. Нужно учиться, но не копировать. А быть чьим-то учеником – это означает продолжать путь учителя. Тебе же нужен собственный путь. Поняла?
– Кажется, да.
– Умничка. Ну что, примешь приглашение старика?
Теперь, когда мне не нужно было бороться за жизнь, проходя тренировки под руководством Рэута, или сжигать его руку, в доме магистра мне даже понравилось. Всё здесь делалось с помощью магии. Огонь в камине, который никогда не гас, вечно горячий чайник, книжные полки, никогда не покрывающиеся пылью, услужливые домашние туфли, прибегающие по первому зову. Это было так хорошо, так уютно. И так не похоже на хозяина дома. Я опустилась в удобное и хорошо знакомое мне кресло и осторожно коснулась губами обжигающего чая. Сейчас мне нужен был именно такой. Он помогал почувствовать себя живой.
– Как же у вас хорошо, – блаженно прошептала я.
– Одна из прелестей одиночества. Одиночества все боятся, но, если отбросить страх, если с одиночеством подружиться, оно начинает заботиться о тебе. По крайней мере, я всегда знаю, где именно на полке стоят мои любимые книги, и не подвергаюсь разочарованию, обнаруживая, что моё любимое варенье съел кто-то ещё. Одиночество наделено одним очень важным качеством – преданностью. Что не скажешь ни о любви, ни о дружбе. Поэтому я и выбираю одиночество.
– А не скучно? – Я потянулась и зевнула, не открывая рта.
– Если мне станет скучно, займусь обучением бездарей, желающих пройти Испытание. В глупцах недостатка не бывает.
– И вам не хотелось бы, чтобы вас кто-нибудь любил? Заботился?
– Зачем?
– Все мечтают об этом.
– Неправильная мечта.
– А какая правильная?
– Любить самому.
– Рэут, – помявшись, спросила я, – скажите, вы ничего не слышали о парне, который приводил к вам учеников за процент?
– И как его зовут?
– Жук.
Рэут внимательно посмотрел на меня:
– Зачем он тебе?
– Мы сдружились. – Я покраснела.
– Нет, я ничего не слышал о нём. А тебе надо бы поменьше думать о парнях.
Я уже пожалела, что спросила Рэута о Жуке, когда старик взял меня за руку, заглянул в глаза и сказал:
– Знаешь, Дная, я верю, что ты вскоре разберёшься со всеми загадками, со всеми проблемами. И вот тогда у тебя будет время для любви. Потерпи ещё немного, ладно? Я обещаю тебе, всё будет хорошо.
Взгляд Рэута был таким спокойным, таким умиротворяющим, я погружалась в него всё глубже. Больше не было сил бороться со сном. Рэут осторожно взял чашку из моих рук, принёс плед и укрыл меня. Кресло тут же превратилось в удобную кровать. Но прежде чем превращение закончилось, я уже спала. Чувствуя сквозь сон, как старик осторожно проводит кончиками пальцев по рисунку на моём лбу, и ветвь, готовая обжечь меня новой потерей, успокаивается, замирает.
– Магия – отличная штука, – именно этими словами разбудил меня утром Рэут, – но некоторые повседневные радости значительно приятнее. Ванна готова.
Нежась в тёплой воде, я думала о том, что было бы всё-таки неплохо напроситься к Рэуту в ученицы. Пусть он хоть три шкуры с меня спустит, лишь бы вот так иногда по вечерам сидеть в уютных креслах и встречать утро в тёплой ванне. Неожиданно вода, в которой я плескалась, стала ледяной, и я с визгом выскочила из неё. Как я могла забыть о скверном характере Рэута? Нет, ни за какие коврижки не соглашусь быть его ученицей!
– Ты долго, – буркнул старый маг, встречая меня в гостиной.
– Спасибо, что поторопили.
Рэут усмехнулся.
– Я кое-что приготовил для тебя, – сказал он, указав на стол.
Там лежала стопка бумаг и стояла плотно закупоренная банка. Рядом с банкой скакал птенец ворона.
– Что внутри? – Банка мне почему-то не нравилась.
– Ты, конечно же, знаешь истории о том, что многие маги твоего племени не могут успокоиться и после смерти. Бродят по дорогам мёртвые, пугая всех на своём пути.
– Да, слышала.
