До первой волны войдов осталось пару ярдов. Они неслись в сторону Альянса живой стеной. Когти бороздили землю, отчего во все стороны летели куски грязи. Из пастей брызгала вязкая слюна. Падшие ангелы сложили крылья и молниями устремились вниз, не нарушая построения. Бесстрашные. Готовые отдать жизнь за саму идею свободы.
Глубоко вдохнув, Илай вскинул меч. Солнце зашло за тучи, и войды восторженно зарокотали. Тьма – их стезя.
Обхватив руками шею лошади, он вынул ноги из стремян и осторожно, согнув колени, встал ей на спину. Схватив одной рукой поводья, а второй – меч, прошептал:
– Беги, красавица…
Илай рванул поводья вправо. Лошадь заржала и, повернувшись боком, встала на дыбы. Но он больше не видел ее, потому что оттолкнулся и совершил прыжок, занеся над головой меч. За его спиной будто расправились крылья.
Изо рта вырвалось рычание, которое слилось с воем бросившегося на него чудовища:
– Возвращайся в Хеллир!
Черная кровь брызнула в лицо. Илай упал на колени и вонзил клинок в землю, чтобы сохранить равновесие. Голова войда с чавканьем отделилась от тела. Илай тут же оттолкнулся – и его вмиг охватил смерч теней.
Падшие ангелы выкашивали чудовищ с высоты, то поднимаясь, то опускаясь к самой земле. Пронзительный визг умирающих войдов отдавался в ушных перепонках. В нос ударил омерзительный запах гнили и разложения. Перья вились над землей, сливаясь с брызгающей во все стороны черной кровью.
Илай ринулся вперед, с лязгом вытащив из-за спины второй клинок.
Перед глазами пронеслись все битвы, в которых он принимал участие. Накопленный за двести лет опыт нашел выход в неукротимых движениях и безжалостных, разящих ударах. Увернувшись от пасти войда, Илай пригнулся и отрубил ему передние лапы. Тварь заверещала и повалилась вперед, но клинок уже раскроил ей череп.
Слишком много. Их было слишком много.
Поле боя затмил кровавый туман. Часть отряда сражалась на земле. У них было преимущество – крылья. Пылающие окутали их огнем, дарованным Богиней во время восстания, но даже это не помогало пробиться сквозь стаю чудовищ. Во все стороны летели искры. Но вместе с ними – и кровь падших.
Илай бежал к Разлому. Со всех ног, пытаясь свести сражения к минимуму. Их главная цель – спасение Эстеллы, а не истребление армии войдов.
Однако его клинки продолжали разрезать воздух, выписывать круги и уничтожать теневых тварей. Илай превратился в смертоносный, бездушный ураган. Он скользил по земле, пригибался, искусно уходил от клыков войдов. Некоторые из тварей проносились мимо, движимые волей Аркейна. Он гнал их к Терре. Знал, что Альянс будет наступать именно оттуда.
Когда Илай пронзил двумя клинками очередного войда, большего в размерах, чем предыдущий, его ногу прострелило болью.
Он покатился по земле, до хруста стиснув зубы. Тварь зарычала и сильнее впилась клыками в его икру. Перед глазами заплясали черные точки. Сквозь одежду и экипировку хлынула кровь.
Илай вогнал клинки под ребра войда. Равнину пронзил истошный вопль. Когда он замахнулся, чтобы порезать ему щеки и разжать сомкнутые челюсти, войд сам выпустил его.
Существо бросилось ему в лицо. Он инстинктивно отвернул голову, и клыки пропороли землю, оставив глубокие борозды. Тварь обездвижила его, прижав лапами к земле. Илай вскинул колено, пытаясь сбросить войда, но тот был слишком силен. Сильнее, чем обычный зверь или человек.
Следующая волна нестерпимого жара растеклась по предплечью. С губ сорвался болезненный стон, а пальцы выпустили клинки. Они слишком длинные и тяжелые. Нужно что-то легче.
Илай резко подтянул невредимую ногу и достал из-за голенища короткий кинжал. Руки мелко дрожали. Войд зарычал, сильнее впиваясь в предплечье. Желая сожрать. Желая разорвать его на куски.
Илай замахнулся…
А затем тварь рванула его тело на себя и выдрала кусок плоти.
Он впервые закричал.
Илай никогда не встречался с существами, хоть отдаленно похожими на войдов. В Бездне он перебил множество мелкой падали, после чего решил повысить ставки. Например, коллекционировать отрубленные головы церберов – сильнейших демонов первого круга.
Но сила Пустоты… не шла в сравнение ни с чем.
Она разрушала. Выворачивала наизнанку. Душила.
Сознание мутнело. Из последних сил Илай вновь потянулся к клинку, одновременно пытаясь свалить с себя войда. С губ срывались прерывистые выдохи. Шестеро падших пытались прорваться к нему, но на них напали с нескольких сторон.
Войд питался им. Он лакомился его плотью – неспеша, даже как-то лениво. Илай не мог подняться. Он сопротивлялся, вырывался, тянулся к кинжалу, но сила приковала его к земле. Войд словно пожирал не только его плоть, но и дух.
Он питался его мыслями. Страхами. Мечтами.
Илай перестал чувствовать правую руку. Видимо, ее больше нет. Той, которой он сражался.
