Железнодорожная станция Краматорск во время погрузки – просто филиал ада. Начать с того, что технику надо загрузить на платформы, закрепить и замаскировать. В это же самое время на станции разгружается танковая бригада, прибывшая из резерва Ставки. Десять Т-34, тридцать Т-60. Они освобождают платформы и вагоны, мы их занимаем. При этом нам не надо забывать об опасности авианалётов. Люфтваффе наши летуны раздраконили в хвост и в гриву, но не везде. Геринг перебрасывает потихоньку сюда своих асов, частично из-под Москвы и Ленинграда, а в основном из Европы.
Сегодня рано утром, прямо на рассвете к станции сунулась девятка Не-111. "Птенцы Толстого Германа" видимо были не местные, а потому попёрли, как похмельный алкаш на прилавок винного отдела. Те немецкие асы, которые уже знают, что почём, предпочитают в нашу сторону вообще не соваться, ибо можно угодить в Валгаллу. Эти же зашли на станцию с севера и вели себя как дома. Наглость не осталась без возмездия. Ещё за пять минут до начала налёта "хейнкели" были обнаружены радаром дежурного "Панциря". Пять минут – прорва времени для тех, кто знает и умеет.
Завыли сирены, воздух разорвали пронзительный рёв паровозных гудков. По протоптанным в снегу дорожкам к своим зенитным орудиям побежали девчонки-зенитчицы из состава прикрывающего станцию ЗенАПа. Кстати, нас сочли настолько ценными, что приказом Верховного этот ЗенАП прикомандирован к нам вплоть до нашего прибытия в конечный пункт назначения. Каждый эшелон, не считая трёх "Панцирей", будут сопровождать по две платформы с 25-мм и 37-мм автоматическими зенитными пушками. Да, как я уже говорил, контингент в этом полку почти чисто женский, и на бойцов во внеслужебное время зенитчицы действуют убойно. Не знаю, как из пушек, но глазками стреляют вполне прицельно. Эти Маши, Даши и Наташи уже имеют на своём счету немало "подбитых" сердец наших парней. А ведь в пути представится ещё немало поводов для знакомств...
Пока же всё развивалось по совершенно фантастическому сценарию – девочки ещё бежали к своим орудиям, а пять "Панцирей" из батареи, непосредственно прикрывающей станцию, уже выдвинулись на огневую. Лязгая гусеницами, они выбрались на заранее намеченные позиции на возвышенных точках в окрестностях. Началась показательная экзекуция немецких бомбёров под названием "Зенитно-ракетно-артиллерийские комплексы при противовоздушной обороне стационарного объекта". Мои парни тоже не остались в стороне от веселья и вытащили на свет божий несколько "Игл". Бережёного и Бог бережёт. Это на тот случай, если операторы на "Панцирях" облажаются, и немцы сумеют прорваться к станции...
К постановке заградительного огня по маловысотной цели изготовились пулемётчики и операторы-наводчики БМП. Это на тот случай если какие-нибудь нахалы, например, на "мессерах", зайдя на цель на малой высоте, попытаются нас проштурмовать. Ну, заградительный огонь по маловысотной цели, это мы могём. Или мóгем, не знаю, как сказать. Хорошо, что даже местные бойцы за наше недолгое знакомство усвоили, что если "батя Слон" что-то сказал, то надо метнуться исполнять, а не спрашивать – зачем. Батя знает.
Мы всё успели. Когда на фоне горизонта наблюдатели разглядели серые черточки идущих на бреющем "мессеров", башни БМП были развернуты веером по горизонту, пулемётчики достали своё оружие и приготовились к стрельбе по низколетящей цели. Нас навестили три пары с трёх разных сторон. Но помощь зенитчикам не понадобилась. Два крайних "Панциря" переключились с приближающихся бомбёров на непосредственную угрозу и встретили "мессеров" "хлебом-солью", то есть короткими пушечными очередями. Похоже, тем это "понравилось": "мессера" один за другим вспыхивали и клубками огня врезались в землю. Один истребитель задымил и полез вверх, набирая высоту. Наверное, немецкий ас хотел выброситься с парашютом... Но не судьба. Его оприходовали тут же, что называется, не отходя от кассы, срезав ещё одной пушечной очередью. Крылышко влево, крылышко вправо, а посреди – дырка от бублика.
Пока зенитчики двух установок развлекались стрельбой по низколетящим "мессерам", четыре других "Панциря" выпустили по приближающейся группе "хейнкелей" по две ракеты земля-воздух. Как говаривал мой дед: «Серега, запомни, – сала много не бывает».
Ракеты, разматывая за собой белые дымные нити, похожие на пучок спагетти, словно притягиваемые магнитом, приближались к строю немецких бомбёров. Вот, дымные хвосты внезапно оборвались... Непосвящённым показалось, что у ракет закончилось топливо и сейчас они упадут на землю. Томительные секунды радиокомандная система наведения вела к цели отделившиеся от ракет боевые части. Внезапно в воздухе среди чёрных точек немецких бомбардировщиков стали распускаться багрово-чёрные цветки взрывов. Вниз посыпались горящие обломки и сбитые самолёты. Все попадания были практически прямыми, ведь скорость целей невелика и они практически не маневрировали.
