Угнать чужую машину не удалось, хотя Владимир совсем не имел уже предрассудков на тему «священной частной собственности» — смог завладеть, значит твоё! Что поделать, весь мир сейчас так живёт — приходится подстраиваться. Как говорил профессор Лебедев: «- Интеллект призван облегчать индивиду жизнь, превнося, если это необходимо, некоторые изменения в сложившиеся в обществе нормы и правила, поскольку они не являются чем-то застывшим; а являются производной от условий существования. И интеллект реагирует на изменившиеся условия существенно быстрее, чем закостеневшая мораль, которая лишь потом, со временем, зафиксирует изменения в практике взаимоотношений индивидуумов…»
Женька же в такие дебри вообще не вдавался; для него всё и так было ясно и понятно: если есть где взять машину, и машина нужна — нужно пойти и эту машину взять! Делов-то!
Но «взять» не получилось: только они стали «обхаживать» действительно видно что «на ходу» машину, как из ближайшего подъезда выскочил разъярённый мужик в одних трениках и наброшенной на майку дублёнке, с каким-то замысловатым, видно, что самодельным, но, судя по наличию ствола, явно стреляющим агрегатом:
— Стоять, падла, сейчас положу всех, урроды, нах!! У меня сын в спецназе батальона «Азот» Белой Кувалды!
Как будто где там у него сын, и насколько крут, добавляло убедительности к его стволу в руках.
Женька тут же предъявил свой ствол, моментально грамотно спрятавшись за кузовом Опеля; Владимир с Валеркой также мигом убрались с открытого места. Ещё немного, и дело могло дойти до стрельбы; и наверняка в Оршанске стало бы как минимум одним трупом больше, но Владимир вовремя начал переговоры:
— Ша, мужик, не стреляй! — а то мы тебя сейчас вальнём из всех трёх стволов! — нагнал он туману для убедительности, — Мы на твою тачку не претендуем, ты нас не так понял! — нам в Северный посёлок надо! Только! И всё. А тачка нам твоя без надобности! Довезёшь??.
Мужик поначалу в ситуацию не въехал, и привычно поливал всех ругательствами, угрожая «всех порешить, кто к машине хоть прикоснётся!» и матерно выражая пожелания непрошенным гостям убираться пока целы. Но агрессивных действий пока не предпринимал, в свою очередь отметив, что как минимум один ствол у пришельцев явно был… У него же была какая-то уродливая бандура типа аркебузы времён Людовиков, но с капсюльным замком; явно однозарядная, и он, несмотря на воинственные крики, явно трусил.
Начались переговоры. Мужик, выскочивший налегке, вскоре начал мёрзнуть; но тут из подъезда ему на подмогу нарисовался, судя по всему, тот самый сын, «служащий в спецназе» и так далее, — длинный парень с похожим, только более коротким, устройством в руках. Парень успел одеться, но вынести что-нибудь отцу, хотя бы шапку, не догадался; и вообще не производил впечатление крутого спецназовца, а проще говоря, откровенно трусил. Но расклад сил сменился — всё же уже двое против троих, и мужик приободрился.
Итогом получасовых переговоров стало то, что мужик, поняв, что пришельцы так просто не уберутся; и альтернатива у него не так чтобы богатая: получить дырку в голову и окропить красненьким героически защищаемую четырёхколёсную автособственность; или прислушаться к голосу рассудка, и пойти навстречу пожеланиям пришельцев. Тем более что ничего из ряда вон они не предлагали, — всего-то, пока окончательно не стемнело, отвезти их в Северный посёлок, и там куда покажут. И всё. Ко взаимному удовлетворению. Тем более что Северный пригород был относительно спокойным, там беспределили нечасто; тем более что не задарма, а за какой-нибудь интерес. И что «бензина нету», ты, мужик, своей тёще рассказывай; или Службе Уборке поведаешь, если у вас тут трупы с улиц ещё убирают!»
Мужик, порядочно уже замёрзнув, столкнувшись с такой настойчивой «просьбой», постепенно стал склоняться к тому, чтобы просьбу уважить; встал только теперь вопрос чем с ним рассчитываться.
Владимир предложил талеры, — мужик возмущённо посоветовал засунуть «эти сраные бумажки» туда, куда в таких случаях засунуть и рекомендуют… То же пожелание последовало на предложение заменит талеры Расписками Мувской Администрации; Мувскими же Лещами; долларами и евро; и даже талоны районной нефтебазы, «обеспеченные эквивалентным количеством имеющихся в наличии нефтепродуктов» его не впечатлили. Мужика устраивал только бартер на что-нибудь нужное.
Ничего «нужного» из бывшего при себе, достойного того, чтобы пойти в оплату за поездку, у Владимира не было. Он даже предложил свои часы, Брегет — но это мужика не впечатлило. Ну да, сейчас не те времена, чтобы тащиться от часов, пусть даже дорогих и престижной фирмы. В итоге сторговались на мотоцикл, на дорогой Владимиру Судзуки.
