– Отчего же? – возразил Сергей. – По-моему, мы только-только начали откровенный разговор, уважаемый Иосиф Абрамович! Так вот, я отнюдь не антисемит, как вы пытаетесь это представить, не антикоммунист и не ярый сторонник компартии или демократов. Я просто профессиональный криминальный полицейский и люто ненавижу воров всех мастей, даже если они в костюмах от Версачи, – он выразительно посмотрел на пиджак Римши. – И для меня нет разницы, такой расы или национальности преступник.
Глава «Гелиоса» упер в него недобрые темные глаза с воспаленными белками:
– А если честные люди в вашей дурацкой стране никогда не будут иметь возможности купить костюм от Версачи или Валентино и одеваться в приличных магазинах, значит, меня вы тоже считаете вором? Ну, давайте честно, до конца!
– Да! – ответ Серова прозвучал как лязг передернутого затвора, и Римша, невольно отведя взгляд, пробормотал:
– Это бизнес, у него свои законы.
– Это не бизнес, Иосиф Абрамович! И вы прекрасно об этом знаете! – Сергей встал. – Дайте мне копии договора с «Кимуром»!
– Только по официальному запросу следственных органов. Существует, знаете ли, такое понятие, как коммерческая тайна.
«Отыгрывается, – понял Серов. – Умело выбил мяч на аут, а бежать за ним, как мальчишке, придется мне. К сожалению, у него действительно прочная позиция защиты, и пробить в ней брешь практически невозможно. Даже если я поймаю Рыжова, и тот прямо покажет на Римшу, толстяк Иосиф Абрамович от всего просто отопрется, прикрываясь тем же договором, или быстро полиняет в Ригу. Однако не он режиссер в этой занятной пьесе. Один из ведущих исполнителей, может быть, но не автор и не постановщик».
– Хорошо, – сказал он вслух. – Я вернусь с официальным запросом.
– Милости прошу, – Римша встал, давая понять: пора заканчивать визит.
Руки на прощанье он не подал, чему Сергей был только рад.
Сдержанно кивнув друг другу, они расстались, как противники на безрезультатно закончившейся дуэли, когда выпущенные из пистолетов пули волею судьбы просвистели мимо, а повторные выстрелы не предусмотрены правилами.
Выйдя из «Гелиоса», Серов испытал облегчение, словно выбрался из духоты телефонной будки, откуда вчера вечером ему звонил Эмиль. Ну вот, повидались с Римшей, обменялись с ним любезностями, и теперь можно составить некоторое представление о механизме хищения денег оборотистым Рыжовым, вступившим в сговор с Иосифом Абрамовичем. Вернее, дополнить, так сказать, умозрительную картину, которую, к глубокому сожалению, к делу не пришьешь и на этом основании не наденешь на запястья Римши, украшенные золотым «Роллексом», стальные браслеты наручников.
Не заезжая к себе, Сергей направился в Росбюро Интерпола, где служил его добрый знакомый, подполковник Бушуев. На счастье, тот оказался на месте.
– О! – при виде Серова воскликнул он. – Какая редкая птица залетела в наши края. Ты по делу или решил наконец навестить старого приятеля?
– Привет, Алексей Владимирович, – Сергей пожал ему руку и виновато улыбнулся. – По делу я, по делу. Возникла тут одна любопытная ситуация, а без вашей помощи разобраться в ней вряд ли сумею.
Выслушав историю исчезновения Трапезникова и Рыжова, подполковник Бушуев задумчиво потер гладко выбритый подбородок.
– Попробуем навести справки, только ты мне дай официальный запрос. И обязательно с их фотографиями.
– Сделаю.
…Остаток дня прошел в мелких делах и повседневных заботах, которых у каждого сыщика пруд пруди. Бумажный вал захлестывал, но как обойтись без документации?
В канцелярии уже ждал ответ на срочный запрос в Главный информационный центр. Серов принес пакет в свой кабинет и вскрыл с таким чувством, с каким вскрывал в детстве коробку с долгожданными подарками.
Предчувствие не обмануло; внутри лежали сделанные в следственном изоляторе фотографии и справка на Валерия Митовича Папуа, полтора десятка лет назад осужденного в Грузии за совершение разбойных нападений. Еще указывалась его дакгоформула, но сейчас она не интересовала Сергея – это дело экспертов. Жаль, что ГИЦ более ничем не располагал.
Серов взял фото и начал разглядывать лицо Папуа. Что же, Эмиль описал его довольно точно, но действительно ли это – неуловимый Самвел?
Минуточку, кого же ему так напоминает фото в профиль? Сергей бросил карточку на стол и закрыл глаза, медленно восстанавливая в памяти картину того трагического дня, когда он увидел, как из разбитого окна вылетело женское тело с развевающимися на ветру волосами. Потом он вбежал под арку, свернул за угол и заметил выскочивших из подъезда двух мужчин. Один был очень похож на Папуа-Самвела! Особенно в профиль. Точно!
Или он подгоняет факты под собственные измышления? Да нет же, нет, натренированная память не может его обмануть, однако проверить ее тоже не мешает. Надо передать дактоформулу криминалистам: пусть они еще раз тщательно посмотрят пальцевые отпечатки, снятые в квартире Трапезниковых.
Открыв глаза, он взял со стола фотографию Папуа и бережно спрятал ее в бумажник.
