За то время, пока они не виделись, «волосатик» сильно полинял, да и волосы ему, как водится, состригли. С благодарностью приняв предложенную сыщиком сигарету, Карцев с удовольствием закурил и выжидательно посмотрел на нежданного посетителя.
– Узнаешь? – Сергей протянул ему фото. – Он?
– Вы имеете в виду Лечо? Да, но тут он странный какой-то, будто упился вусмерть.
– Почти угадал, – забирая у него фотографию, усмехнулся Серов. – Снимали в морге.
– Это вы его? – сразу насторожился Карцев.
– К сожалению, нет.
– Я ничего подписывать не стану, крестник! По фотографии я никого не опознавал и ничего нового сообщить по делу не имею, – поспешно заявил «волосатик», жадно досасывая сигарету.
«Боится, – понял Сергей. – Смертельно боится! Как же иначе: Лечо убрали, могут вспомнить и про него. Теперь он будет вставать и ложиться со своими страхами, и пока не свыкнется с ними или немного не успокоится, толку от него ни на грош…»
Днем Серов присутствовал на обыске в квартире, где последнее время обитал Эмиль. На небольшом резном столике еще были рассыпаны новенькие колоды карт – видно, шулер развлекался. На плечиках в шкафу висели костюмы, а под ними аккуратными рядами стояли коробки с обувью. В принципе в квартире не нашлось ничего особо ценного или представляющего интерес для следствия – много одежды и обуви, разрозненные записи на армянском и русском, сделанные на клочках бумаги, но никаких писем, оружия, тайников, крупных сумм денег или пачек ценных бумаг. Правда, в закрытом ящике стола, где лежала коробочка с любимыми безделушками Эмиля, обнаружили две тысячи долларов в сотенных купюрах, но разве по нашим временам это состояние?
«А вот лежка Лечо нам, к сожалению, неизвестна, – собирая разбросанные карты, подумал Сергей. – Многое я бы дал, чтобы знать, где она, и иметь возможность не спеша осмотреть там каждый уголок и закуток. Ведь где-то же он жил в Москве, но где? Со временем узнаем, но это же время и сработает против нас! Делать в берлоге Мархиева будет уже совершенно нечего! И машина его пустышка – оформил доверенность на подставное лицо».
С квартиры Эмиля он отправился в морг – не терпелось ознакомиться с результатами вскрытия Лечо, однако циничные судмедэксперты не спешили, и пришлось потерять там остаток дня, насквозь пропитавшись запахом формалина и сладковато-тошнотворным запахом тления.
И все же с результатами экспертизы Серов сумел ознакомиться только на следующий день. Они настолько заинтересовали его, что он немедленно отправился к себе и вытащил из сейфа дело об убийстве Татьяны Трапезниковой. Лихорадочно листая подшитые и пронумерованные листы, Серов искал копию акта судмедэкспертизы. За этим занятием и застал его Тур.
– Привет, – не поднимая головы, поздоровался Сергей. – Какие новости?
Володька устало рухнул на стул.
– Новостей целый воз, – он припал губами к горлышку графина с водой. Напившись, вытер губы, с прищуром посмотрел на Серова. – Знаешь, с кем ездил в «Каштан» твой источник?
– Ну, ну, не томи душу, говори!
– С неким Леонидом Барабаном. Известна тебе эта личность?
Серов оторвался от дела и наморщил лоб, пытаясь припомнить, где он совсем недавно слышал эту фамилию. Старый шулер о Барабане ничего не говорил, это точно, и все же имя знакомое. Откуда?
– Не мучайся, – Тур перекинул ему через стол несколько сколотых скрепкой документов. – Барабан занимался бизнесом в сфере автосервиса и ремонтировал «шестерку» Лечо, поэтому твой источник решил воспользоваться услугами Леонида Абрамовича для проникновения в «Каштан».
– Ты сказал: «был» – значит…
– Да, – вздохнул Владимир. – Барабана убили в тот же вечер, что и Эмиля. Стреляли из ТТ, видимо, с глушителем, поскольку никто не слышал звуков выстрелов. Тело обнаружила соседка, возвращавшаяся с прогулки: Леонид Абрамович лежал в лифте. Одна пуля в груди, другая в голове. Оба ранения смертельны. Работал профессионал.
– А стреляли не из того ли пистолета, который нашли у Лечо? – не заглядывая в привезенные Туром бумаги, попробовал угадать Серов.
– Естественно.
– Ну вот, замкнулся круг, – Сергей откинулся на спинку кресла.
– Что ты имеешь в виду? – насторожился Владимир.
– Убрали всех, кто мог нас хоть на что-то вывести и был нам известен в связи с баром, где ошивался Лечо. Вот что я имею в виду. У мафии на Западе это называется «зачисткой», а наши авторитеты моментально перенимают опыт.
– М-да, – скорчил кислую мину Тур, – ничему хорошему мы за много лет так и не научились. Зато в криминальной области мы впереди планеты всей!
Он снял трубку затрезвонившего телефона, пробормотал в нее нечто нечленораздельное и, положив ее, сообщил Серову:
– Иди, Трофимыч вызывает на ковер.
Сергей зло чертыхнулся – общаться с начальством сейчас не было ни времени, ни желания. Что обсуждать? Лишний раз размазывать сопли по столу и получать клизму из уксуса с патефонными иголками за те грехи, которых ты не совершал? Но куда деваться?
Он надел пиджак, взял блокнот и, подмигнув Туру – не робей, прорвемся! – пошел к Мякишеву.
