Когда заезжали в город, то по отцовским коммерческим делам, то за попутными покупками, Оршанск запомнился ему как обычный провинциальный городок, хоть и большой. Хлебозавод, молокозавод. Механический завод, поставлявший какую-то комплектацию на огромный МУЗ; мехмастерские, чего-то там чинившие в сельхозтехнике. Швейная фабрика. Ещё несколько предприятий поменьше, — вот и вся промышленность райцентра. Большой «частный сектор», пятиэтажки на периферии, вязнущие в грязи осенью и весной; большие современные дома, и Центр Досуга в центре же, у традиционной площади с памятником, где здание Администрации, банк и милиция, ресторан и поликлиника, — современная брусчатка-плитка, асфальт и цветники.
Однако за те годы, что Владимир не был в Оршанске, город изменился: как в лучшую сторону — выросли новые кварталы многоэтажек, потеснив частный сектор, значительно больше стало мелких магазинчиков, правда, в большинстве закрытых. Появилось и несколько, вполне современных, супермаркетов; бывшие раньше в основном шиферными крыши покрылись блестящим на солнце профнастилом, кирпично-неказистые хрущёвки расцветились облицовочной «шубой», выбоин на дороге стало не в пример меньше, а разномастной рекламы значительно больше… но и видно было, что городом в последнее время никто почти не занимается: уличные мусорные урны забиты хламом, рядом с ними, и вообще по тротуарам, кучи мусора; витрины магазинчиков, или оделись решётками, или зияют чернотой сквозь выбитые стёкла. А вот надписей, граффити, всевозможных лозунгов стало, напротив, чрезмерно много, особенно ближе к центру, они «украшали» собой фасады, подъездные двери, любые вертикальные стенки. Проезжая медленно на мотоцикле, Владимир с интересом знакомился с этой стороной графического оформления происходящего. Отражали надписи, как борьбу актуальных на сегодняшний день идей, типа «Кто не сеет и не жнёт, тому зимой кирдык придёт!» и «Мы не коровы, дайте нам работу в городе!», так и борьбу, как он понял, идеологических противников.
Тут было красиво выписанные «Верный Вектор — сила и доблесть», «Оршанская Рота — защитит в любых обстоятельствах» (- От кого или чего эта «Оршанская Рота» собирается защищать, интересно? — подумалось ему, — Не от голода и холода ли приближающейся зимой?), «Регионы — основа Страны», и даже «Перестать кормить столичных солитёров!»
И тут же «Смерть сепаратистам!» — уже торопливо, наспех, поверх других надписей, видать с оглядкой. И какие-то аббревиатуры, значки, иногда выписанные красиво, с выдумкой, и явно что-то значащие, — но ему, «деревенскому», отставшему от реалий, они не говорили ничего. Запомнился здоровый чёрный кот, выписанный ярко, с выдумкой, круто выгнувший спину и с ярко-жёлтыми глазами с чёрточками зрачков — и надпись «Бойцовый Кот нигде не подведёт!» — ну надо же, поклонники Стругацких? Бросился в глаза и чёрный, аккуратно выписанный квадрат, примерно полтора на полтора метра, на лиловом фасаде какого-то здания, на котором белыми чёткими буквами было выведено: «ЧК придёт — мир принесёт!»
— А ведь это те самые!.. — подумал он, — Те самые «Чёрные Квадраты», что были с Вовчиком на орг. собрании в Мувске. Ишь ты, не скисли, не зациклились в столице, лезут в регионы…
Вообще, по идее — он знал это — оно так и должно было быть: общая беда не только внесла раскол в налаженную повседневную жизнь, но и толкнула прежде таких «индивидуальных ярких личностей» к объединениям «по интересам» — так выживать проще. С вожаками в таких случаях никогда дело не вставало: всегда найдётся на периоде перелома эдакий «козёл», очень уверенный в себе, весь интеллектуальный багаж которого, как правило, складывается из нескольких прочитанных в детстве исторических романов и старательно взлелеянной харизмы; козёл, за которым выстроятся бараны. И он поведёт их в… да куда угодно, хоть на бойню, главное ведь с уверенным видом, а уж уверенности этим харизматикам не занимать, достаточно вспомнить того лидера «Чёрных Квадратов», «личинки Наполеона» как его определил тогда Владимир.
Объединиться, сплотиться — соответственно «нагнуть» кого-нибудь послабее, — и непременно с каким-нибудь трескучим лозунгом; как там было в прошлом-то веке? «Анархия мать порядка», «Вся власть Советам!», «Мир хижинам, война дворцам», «В борьбе обретёшь ты право своё»? Главное ведь получить внутреннюю уверенность в том, что всё делаешь правильно; и внешнее, «от старших», одобрение своим действиям. От «старших». От тех самых «козлов», идущих во главе овец, только большего уровня.
Были и активно ему не понравившиеся лозунги «Оршанск для оршанцев!» и даже «Мувские ублюдки, убирайтесь в Мувск!»
