— Женщина! «Застрелить и всё!» — это вы кому пожелали? Нам или ему? Я не понял.
— Да всем вам! Штоб вы друг друга постреляли, наконец, и дали спокойно спать!! — с привизгом тут же ответил женский голос.
— Хы-гы-гы! — заржал один из полицейских. Из-за трансформаторной будки тоже послышался смешок.
Снова замолчали. Слышно было, как стукнула, закрываясь, оконная рама; слышно было раздражённое женское клокотание.
— Когда эти суки, наконец, приедут… — уныло произнёс мужской голос.
У Владимира созрел план. Очень захотелось почему-то вытащить пацана. Ведь убьют же! Никто не станет разбираться: сейчас подъедет опергруппа, посекут пацана из автоматов; а потом уже, стоя над телом, будут решать, кто такой и стоило ли. А может и не станут разбираться. В общем, пацан явно доживал свои последние часы, а скорее даже минуты; но, судя по всему, упорно не собирался сдаваться. Это вызывало уважение. Но — убьют, ведь застрелят однозначно! А вот просто пристрелить полисменов время было уже упущено, — переговорив, они рассредоточились; и теперь ввязавшись в бой, даже используя фактор внезапности, он рисковал завязнуть как раз к подъезду подмоги…
Владимир наконец нащупал и достал из нагрудного кармана куртки свёрток в полиэтиленовом пакете — тут был сформированный ещё Вовчиком «НАЗ», носимый аварийный запас: самые необходимые лекарства, бинт, резервная зажигалка, совсем маленький фонарик… Тут где-то было, помню ещё взял «на всякий случай», но… глядишь и пригодится. Сейчас, в темноте-то и в напряжении — кто что поймёт? Ага, вот, нашёл.
Он посовал НАЗ как попало обратно в карман, оставив только пакет с пиротехникой; частью той, что была куплена ещё в «Гекторе». Вот; то что искал: длинненькая лента петард на связанном жгутиком хвостике, то что называл Вовчик «пулемётная очередь». Сейчас её раздербанить на кусочки, чтоб правдоподобней… связать снова… главное, чтоб убивцы из РОВД не помешали, мне бы ещё хоть пять минут… и чтоб пацан сдуру не стрельнул.
Полицейские теперь стреляли совсем редко, оставив, видимо, по нескольку патронов чисто на случай, если по приезду подмоги пацан решится на прорыв. Осаждаемый превосходящими силами теперь тоже помалкивал. Собственно, расклад был ясен и всё решало время — сколько ему оставалось жить-то на белом свете…
Как вдруг поодаль, не там, где были полицейские, щёлкнул выстрел! Ещё один — с другой стороны. Группа захвата?? Но они не стали бы палить, не выяснив обстановки, причём явно из-за спин своих же товарищей. Короткая очередь! Полицейский, шарахнулся из-за угла; во-время сообразил, что подставляется под огонь из-за гаража; метнулся обратно… Бах! Бах! Второй стрелял, кажется, вообще в небо.
Одиночные выстрелы рядом сменились треском нескольких очередей, причём сразу с нескольких сторон. Полисмены метнулись друг навстречу другу, поняв что попали в клещи — как они и боялись, к пацану явно подошла подмога, и там был явно не один автомат! Теперь оглушительные очереди трещали с двух сторон и почти непрерывно, с короткими паузами; к тому же кто-то заорал:
— Ложись на землю, вы окружены, а то перестреляем всех!!
Тут же взвыл мотор, метнулся свет фары.
— Ложись, падлы!! — визгливым фальцетом поддержал и мальчишеский голос из тёмного закутка.
Послышалось рычание ещё одного мотора. По верхним этажам метнулся отсвет приближающихся фар. Машина.
Да нас тут зажали!! — ужас полисменов был полным. Только что из охотников они одномоментно стали дичью. Явно банда, на мотоциклах и машинах, автоматов не менее трёх — а у них почти израсходован боезапас!!
— ААА!! Не стреляйте, не стреляйте! — один из полицейских бросил пистолет, упал лицом вниз, закрыв голову руками. Второй рыбкой нырнул в темноту, лёжа скорчился у стены; зашарил на поясе, где висела рация.
— Давай сюда, малОй! — крикнул мотоциклист, круто развернувшийся во дворе перед гаражами. Дважды повторять не пришлось — лёгкая, почти невесомая мальчишеская фигурка в два прыжка преодолела расстояние до мотоцикла, и через мгновение оказалась за спиной мотоциклиста.
— Жми!!!
Вой уносящегося мотоцикла, с прогазовкой аж оторвавшегося передним колесом от асфальта.
И тут же яркий свет фар — во двор въехала машина-фургон. Замерла. Прямо из борта метнулось сполохом пламя — протарахтела автоматная очередь, неприцельно, «на испуг». Тут же полосанули просто в стену, в ночное небо и со второго борта.
Пауза.
Снова очередь, уже короче.
Заворочалась на крыше фара-искатель, освещая двор. Тарахтел мотор. Незримо ворочались в амбразурах стволы автоматов, слепо ощупывая пространство. Кто? Что?? В ужасе замерли в домах обыватели.
В паузе после треска очередей стал слышен срывающийся голос из-за стены дома:
— Центр, центр!! Срочно подкрепление, срочно!! Двадцать шестой на связи, срочно!! Угол Орджоникидзе, тьфу, то есть Борцов за Независимость и Бульвара Свободы Регионов! Тут бой! Повторяю: тут бой!! Срочно!..
После довольно длительной паузы в броневике стукнула отодвинутая дверь. Оттуда, из темноты, громко спросили:
