Как водится в период социальных катаклизмов, никто из власть имущих не задумался об охране ключевых объектов города; а по соседству со Школой был Центральный Распределительный Узел столичного водоснабжения, а кто контролирует распределение воды по городу — с тем будет вынуждена считаться любая власть. На очереди были склад вещевого довольствия, коньячный завод, главный аптечный склад, — далее по списку. Нужно было брать под контроль то, что в неразберихе просто-напросто могло пропасть…
— Что, так и сказал — что полицейские будут задействованы?.. — в который раз недоверчиво переспрашивал Влад сидящего рядом в машине Андерса.
Джип бодро катился к месту рандеву, на окраине Оршанска, где их должны были ожидать два бензовоза и окончательный расчёт за предпоставленный коньяк и амуницию. Уютно гудела автомобильная печка. Смеркалось. С неба сыпалась какая-то мерзкая мокрая труха; не то моросящий дождь, не то уже мелкий снег, который бодро сметали с лобового стекла щётки дворников. Хотелось скорее разделаться с делами и оказаться дома, в тепле, уюте и безопасности. Но до дома было ещё далеко.
Собственно, всё уже было не раз сказано; но Влад всё ещё пережёвывал открытие, что Серёга, этот здоровенный мувский Серж-Гренадёр, как он себя называл, которого они подняли буквально из грязи, дали заработать на ненапряжном посредничестве, так просто слил их местным бандитам. А он ещё даже хотел предложить ему ехать с ними! — необременённый семьёй боец был всегда кстати новым ушкуйникам.
— … ему верить-то можно?
— Влад! Я тебе третий раз говорю: парень нормальный…
— Серж тоже нормальный. Вроде как. Был. А тут ты выдаёшь на него такую компру.
— Я про Владимира. Ему на Сержа вешать никакого резона. Кроме того…
— Может, у них с ним тёрки, и он нашими руками хочет его списать! Об этом ты подумал?
— … хр… — Андерс аж поперхнулся, и его куцая бородка с бакенбардами, казалось, ощетинилась как иголки у обозлённого ежа, — Подумал. Подумал! А ты подумал — откуда бы этот пацан, который от Владимира прибежал, знал, что мы именно сегодня уезжаем и что через Южные Ворота; и что кроме товара валюту везём??
Влад смолчал.
— … вот так вот прямо и сказал: сегодня, когда уезжать из города будете; и что всё это дело через полицию провёрнуто будет.
— Через полицию, или бандосы в форму переоденутся?
— Это не сказал. А не один хер?
— Не один. Валить переодетых бандитов; или пусть ссучённых, но представителей власти, — это совсем разное.
— Чего там «разное»! — опять загорячился Андерс, — Ты просто всё ещё от своих юридических заморочек не можешь отвыкнуть! Времена сменились…
— Ты не упрощай. — Влад смотрел прямо перед собой через ветровое стекло. Наверное, уже нужно включать фары. Включил. В разом отпрыгнувших от света фар моросящих сумерках замелькали дома, сплошь исписанные лозунгами, — это всё время здесь удивляло. Живут как панки какие-то; пиши что хочешь, лишь бы патриотично-региональное… У себя мы за такое отношение к архитектуре упекли бы суток на десять те же фасады чистить!
— Нам тут ещё работать. Хотелось бы не сорить, — мы тут всё же «в гостях». Хотелось бы без проблем вернуться ещё раз. Сорок тонн топлива, — мы где и почём возьмём ещё так?
— Так что теперь — «а не соблаговолите ли вы, господа бандиты, доказать, что вы бандиты, а не честные представители власти?!» Уж они докажут! Валить — без вариантов!
— Убивец ты наш… Всё бы тебе валить…
— Влад, я тоже думаю, что тут не подстава, — подал голос с заднего сиденья до этого молчавший Петерс, — Были бы у Володи с Сержем какие тёрки, — зачем бы ему его устранять через нас, таким сложным и ненадёжным способом?.. Служба очистки тут работает как часы, — грохнул бы его, всего и делов. Уж на утилизацию тела у него бы деньги нашлись, — он и на коньяке хорошо поднялся; и ещё у него, я слышал, разные дела тут. И кабак тоже какую-никакую денежку приносит, хоть он как-то и жалился, что сплошные представительские расходы от этого заведения, но зато передружился с полгорода… Коммерсы всегда ноют, а денежку гребут!
— Вот! — поддержал Андерс, — Не факт что он и будет! Я про Сержа. Опять скажется больным если что.
— Он ещё расчёт полностью не получил. Придёт.
— А это как раз и будет показатель, что он нас под молотки подводит, — продолжил Петерс, — Если он сам не придёт, значит, он свою долю предпочёл другим путём получить.
— Вы, господа, совсем разучились правильным литературным языком разговаривать, — вздохнул Влад, сдаваясь — «Под молотки» да «кабак», «поднялся» да «тёрки». Давайте всё же не забывать, что мы основатели нового славного клана ушкуйников, а не оршанская сволота типа… как его? Как он сказал? Кокаль?..
— Кокарь. Это из местной уголовщины выходец.
— Вот. Давайте не уподобляться. А с полицейскими… полицейские они или не полицейские… ну что, как обычно, — решим вопрос. Спасибо вашему другу, что предупредил, если что. Постараемся в долгу не остаться. Пока что сделаем вот как…
