Пнул в них ногой, подумал. Достал тот же ТТ, по привычке проверил отсутствие патрона в патроннике; рукояткой обстучал отверстия, загибая края внутрь. Полез в салон, достал из бардачка несколько свёрнутых в рулончик разномастных наклеек: «Слава Регионам! — Орлам слава!», «Родионов — чмо!», «Мувскую хунту — к ответу!» и прочее. Развернул один, снял защитную бумагу с клейкого слоя, смяв, сунул её в карман; по-возможности аккуратно наклеил мини-плакат на дверь, чтобы закрыть пробоины. Сойдёт. В меру патриотично; дома посмеются, конечно… Ладно, дома и дверь заменим. А то и джип. Делов-то!..
Подобрал рассыпавшиеся вокруг тела полицейского документы и бумаги на груз, бережно убрал их в папку; внимательно осмотрел асфальт, даже тело перевернул — не оставить бы чего.
— Ну что, Влад? — окликнул возившийся с той стороны машины с оружием Петерс.
— По машинам!
Инцидент был исчерпан. Вскоре небольшой караван двинулся дальше.
— Все?..
— Все, Ваше Превосходительство. Можно начинать! — референт почтительно склонился перед большим грузным мужчиной в отлично сшитом сером с отливом костюме, сидевшем на председательском месте в большом Зале Совещаний, вернее, в «Зале Свободного Волеизъявления», как он был переименован на волне всеобщего и повального переименования после «Революции Регионов».
Всё ещё непривычное обращение «Ваше Превосходительство» приятно согрело. Да, есть и в его положении приятные моменты! Но дела — совсем никуда! Сидевший уставившись в роскошный блокнот с золотым обрезом, лежащий перед ним, поднял тяжёлый взгляд…
Президент новообразованной «Свободной Республики Регионов» с ненавистью оглядел рассевшихся перед ним за длинным столом «членов кабинета».
Сидевшие в основном потупили взгляды; лишь двое: Шарош, глава Верного Вектора, рискнул скрестить с ним взгляд; и Председатель Правительства, очкастый невыразительный субъект по кличке «Кролег», смотрел на него не то что с обожанием, но вполне открыто, как бы говоря: «Вот он я весь здесь, Ваше Превосходительство; и готов ответить на любой ваш вопрос. Я полностью открыт, скрывать мне нечего, и я делаю всё, что могу. Что получается — готов комментировать!»
Суки. Эти двое из всей собравшейся в зале банды сволочей были недоступны и неподсудны.
Шарош, крепкий тип со взглядом убийцы, демонстративно и сюда, на совещание в правительство, явившийся в камуфляжной куртке с нашивками «V/v», напоминавшими эсэсовские руны, руководил крупнейшей военизированной организацией, состоящей в основном из молодых отморозков. Неистово жаждущий власти, он был одной из главных опасностей для Президента. Собственно, это его маргиналы ценой нескольких десятков своих жизней и привели находящихся тут, в Зале, к власти, — когда свалили безвольного бывшего Главу. Он был очень опасен; опасен своими амбициями и своими головорезами; и Президент неоднократно предпринимал всяческие усилия, чтобы выдавить отморозков подальше из Региональной Столицы, желательно на фронт, где их живо проредили бы Мувские ВС.
Но отморозки, яростно и истерично бившиеся с полицией на площади, вовсе не жаждали в последнее время подставлять головы под пули на передовой «за свободу Регионов», предпочитая выполнять полицейские функции в тылу: быть заградотрядами, расстреливать дезертиров и вообще «наводить порядок на территории»; будучи неким подобием коричневых штурмовиков Эрнста Рема, приведших небезызвестного Адольфа к власти. Видимо, Шарош сообразил, что с ним считаются только до тех пор, пока за ним стоят его головорезы; и решил не класть их в землю за столь декларируемую им «свободу Регионов» — политика есть политика; и отморозки с автоматами будут понадёжнее депутатской неприкосновенности…
Господин Президент прекрасно понимал, что только отсутствие у них тяжёлого оружия и, в общем-то, отсутствие сильной поддержки «в массах» удерживало сумасшедшего ублюдка от захвата власти. Что он собирался делать, удайся ему стать «Его Превосходительством», сказать было невозможно — ведь этот скот представлял единственный способ решения любых проблем, в том числе экономических — выстрел в затылок… Но трогать его сейчас было нельзя… Пока нельзя.
Кролег — тот также был «вне юрисдикции». Конечно, как Премьер он звёзд с неба не хватал; но через него была налажена связь с Западом, через него шли почему-то ещё сохраняющиеся, несмотря на тяжёлую ситуацию на Западе же, гуманитарные поставки; он, в конце концов, худо-бедно справлялся пока с руководством разваливающейся экономикой Регионов…
