— Вы также свободны. К завтрашнему утру план операции с датами должен лежать у меня на столе, копия — министру пропаган… то есть министру информации. Его ведомство подготовит широкое освещение операции в печати и по телевидению. Повторяю — успех должен быть несомненным!
Министр обороны также встал, и, поклонившись, вышел вслед за Шарошем.
Совещание продолжалось.
— Господин Абаков! — министр внутренних дел встал, — Мне докладывают, что в столице неспокойно. Какие-то нападения… перестрелки… грабежи!
— Текучка… — министр пожал плечами, — Регион перенасыщен стрелковкой, поступающей с фронта. А также маргинальными элементами из того же Верного Вектора, — он кивнул подбородком на дверь, где только что скрылся Шарош, — Которые прибывают в Оршанск типа «на отдых». Я давно говорил, что от них одни неприятности… Сделать мы с ними ничего не можем…
— Ну… ладно. Верный Вектор — это наша общая головная боль. Решим вопрос. Со временем. Но остальное! В сводке опять нападение на патруль, убито семь человек, захвачено оружие! Это как понимать??
— Четверо, Ваше Превосходительство, четверо полицейских. И трое гражданских. Ээээ… дружинников. Обстоятельства выясняются.
— Город терроризируют банды малолеток!
— Это есть, это да… — согласился главный полицейский, — Нападения раз за разом. Грабежи… но в основном по мелочам. И без жертв.
— Неважно. Население имеет право на мирный тыл! Ваши предложения?
Министр помялся. Банда малолеток — это такая ерунда по сравнению с творящимся… но раз на таком уровне ставят вопрос — надо отвечать…
— Ваше Превосходительство… сделаем!
— Срок?
— Сутки!
— Молодец! — председательствующий одобрительно покивал, — Но всё должно быть сделано ярко; освещено в СэМэИ, — вот, Юрий, займись.
Министр Информационной Политики покивал и что-то пометил в блокноте; сказал:
— Я предлагаю пустить слух, что ликвидирована банда малолетних преступников, заброшенная из Мувска…
— А если нападения малолеток потом продолжатся?
— Значит это была не единственная заброшенная группа! Как известно, высокоидейная молодёжь Регионов неспособна на антиобщественные поступки…
— Да. Правильно. Действуйте. Дальше.
— Предложен законопроект, что всё имущество репрессированных отходит в доход Региона.
— Это хорошо, это правильно. Народ должен знать, что за преступления перед Регионами преступники ответят не только жизнью, но и имуществом! Только… термин «репрессированные» тут не подходит. «Репрессированные» — это из проклятого прошлого, из времени, когда нас, Регионы, подавляла проклятая мувская власть!
— Да, конечно, Ваше Превосходительство! Не «репрессированных», а… наказанных!
— Справедливо покаранных! — подсказали из-за стола.
— О! Это хорошо. Именно — «имущество справедливо покаранных». Так и озвучивайте. Дальше?
— Имеются факты нападения на пригородные коттеджи наиболее состоятельных граждан, устранившихся от активной социальной позиции…
— Как это?.. Ааа! В смысле — трясут тех хомяков, кто надеется пересидеть происходящее в загородных укреплённых коттеджах?
— Причём с применением огнестрельного оружия, в том числе автоматического.
— Это… не заостряйте на этом внимания, — это всё гнев народа, выливающийся на тех, кто вовлёк Регионы в нынешнее тяжёлое положение, а затем устранился.
— Понял вас.
— Да. Пусть грабят. То есть экспроприируют; вернее — активно проявляют недовольство. Главное чтобы не в городе. В городе должно быть спокойно.
— Понял.
— Ещё?
— Коловойский! — торопливо подсказал один из сидящих за столом, руководитель одной из крупнейших фракций в Думе Регионов. Это был совсем ещё молодой человек, с чувственно припухшими губами и блудливым взглядом. Все знали о его нетрадиционной сексуальной ориентации и любви к молоденьким мальчикам. С Коловойским, олигархом регионального масштаба, в последнее время подмявшим под себя один из крупнейших районов и ставшим там, по сути, безраздельным властителем, лишь номинально признающим власть Регионов; имеющим уже и свои вооружённые силы; у него была давняя вражда.
— Да. Ваше Превосходительство, Коловойский.
— Что Коловойский?
— Формирует свою армию. Вы знаете, что в его районе находится нефтебаза; на основе её запасов он снабжает свои ВээС топливом. Наши распоряжения игнорирует!
— Явный сепаратист! — подсказал опять слащавого вида депутат, — Кем он себя возомнил??..
— Ладно… — ссориться, а то и затевать ещё одну войнушку со своим же назначенцем, и этим показывать всю аморфность и «лоскутность» того территориального образования, которое они привыкли уже называть Регионом, было совсем не вовремя. Перетопчется этот Лижко. Потом, как нибудь…
— Есть мнение, что это не первоочередной вопрос. Ещё что-нибудь из актуального?
— Господин Президент, Ваше Превосходительство! — подал голос сидевший за столом пожилой мужчина «профессорского вида»: лысина, очки в тонкой золотистой оправе, старомодного покроя пиджак.
— Я хотел бы всё же вернуться к тому, что мы только что… гхм… обсуждали…
