Владимир всерьёз уже обдумывал, не «грохнуть ли на глушняк» приставучего субъекта — как-то вся жизнь подготовила его к тому, что за спиной лучше не оставлять нехорошо по тебе дышащих парней. Тот же Витька Хронов как пример — прибил бы негодяя загодя, — столько проблем бы потом не возникло! А этот явно неровно к нему дышит — ишь, таскается, выслеживает; ещё «на поговорить» вытаскивает — с кастетом… как Хрон, сволочь, Аделькиного пацана в овоща превратил вот так-то вот тоже вызвав «на поговорить». Девчонки рассказывали — до сих пор не в себе лежит…
В общем, Владимир совсем было уже решил, пользуясь безлюдьем и смутным временем, этого вот белёсого субъекта, товарища превентивно уничтоженных дезертиров из Никоновки, тоже того… превентивно, чтоб не оглядываться потом ходить… Раздумывал только как лучше — оттащить под видом «веду пьяного товарища домой» парня подальше за дома, а там приложить того затылком о что-нибудь жёсткое — типа, «шёл, поскользнулся, упал; очнулся — в морге!»; или вызвать «службу уборки». Или вообще закинуть парнягу в буханку и отвезти подальше… По дороге в «Нору» — выкинуть где-нибудь: и надёжно — «Нет тела — нет дела»; и на оплате услуг «службы уборки» можно сэкономить… Всё же он был прирождённым коммерсантом, да, и предпочитал не только надёжные, но и выгодные финансово варианты. В общем, он и склонялся к третьему варианту.
Но тут вмешался Джонни, про которого Владимир было забыл:
— Не, Американец, ты беспредельничаешь! Может, у вас там, в Америке, так и принято, но у нас, по понятиям, ты реально косячишь!
— Что не так, Женька? — удивился Владимир; показалось, что Женька подслушал его мысли.
— Ты его по беспределу перевернул!
— Как это? — Владимир всё не мог понять, что это — шутит пацан? Что значит «по беспределу»?
— Ты ему слова не дал сказать! Он тебе предъявить чо-то хотел — а ты его даже не выслушал! Это, знаешь ли, против правил!
— Какие «правила», Жень, о чём ты??
— Такие! Если он тебе чо-то предъявляет — ты его должен выслушать! Ответить, если есть чо. А не ронять сразу, как будто ты на гоп-стопе! Ты же не бандит?!
Ё-кэ-лэ-мэ-нэ, бойскаут, пионЭр, черт… с понятиями! — Владимир сразу понял, что осуществить план «бесследного исчезновения белёсого субъекта» не получится — Женька не одобрит! Если уж тут так впрягся, как ему объяснишь, что… о, shit!
— Джонни, он с кастетом был!.. — попытался ещё как-то повернуть ситуацию Владимир, но Женька не пошёл на компромиссы:
— Ниипёт! Ты ему не дал предъявить — сразу выхлестнул! Даже не выслушал. Так не по-понятиям, это беспредел, Американец! Что кастет — так ты тоже не пустой!
Что вот ему объяснишь сейчас??.. Это только личным жизненным опытом лечится, это «прекраснодушие». Негативным причём. «Понятия» эти — где оне этой ерунды набрались? Рыцарь в сверкающих доспехах, бля…
Но «рыцарь» стоял крепко, прямо, осуждающе глядя Владимиру в лицо; и тот окончательно понял, что в этот раз «полностью закрыть вопрос» с Белым-белёсым не получится. Ну ладно… Расположением Женьки он дорожил всяко больше, чем возможностью перестраховаться, и потому решил отложить… оттащив ещё, бросил вялое тело на затоптанный снег. Поглядывая на Женьку, сделал Белому больно — помогло, тот застонал, приоткрыл глаза. Ну, значит, встанет.
— Ладно, пошли, Жендос. Очухается — уйдёт. А насчёт «понятий» — поговорим потом. Не нравятся мне эти твои «понятия», как-то не ко времени они. Впрочем, ты бы мне их списочек составил бы, а? Не то опять нарушу, чисто по незнанию…
Диего ждал в кабинете, расположившись там уже по-хозяйски — на диване заправленная постель, в простенке — большая, профессиональная доска для дартса. В ней торчали, правда, не дротики, а пара вполне себе серьёзных кинжалов, с массивными рукоятями, сделанными из… точно, из велосипедных ручек; и с узкими, стилетообразными лезвиями.
Что Диего развлекается «спортивным метанием», как он выражался, Владимир и раньше знал; а сейчас, значит, совсем сюда перебрался.
Поздоровались. Управляющий кратко обрисовал ситуацию: неспокойно, да, гранату в центре взорвали, есть убитые и раненые… но в коммерческом смысле всё как бы тип-топ; правда…
