— Вот. Ещё кружки несколько штук. Знаешь, обычные такие кружки, металлические, эмалированные. Дачные такие кружки, или армейские… алюминиевые тоже пойдут. Среднего размера.
— Аааа… да, понял. Найдём.
— Я надеюсь… Я ж не дирижабль заказываю, а всё самое обычное — удочки, кружки… Как для пикника, хм. Скотч. Или синюю изоленту. «Синюю» — это, понятно, фигура речи. Улавливаешь?
— Улавливаю. Записал.
— Шесты или палки длинные. Остальное сами сделаем… Противогазы. Ну и… Чем-то нам надо будет ставню выносить… Пару толовых шашек по 200, капсюли-детонаторы, огнепроводный шнур. Немного.
— Это у нас самих есть! — шепнул запасливый Петерс, но Влад только дёрнул плечом: типа, ничего, заказ есть заказ, пусть обеспечивают…
— Сколько человек нас будет обеспечивать?
— А сколько вам надо?
— Человек десять-пятнадцать. Чисто создавать массовость, отвлекать и помогать с постановкой дымов.
— Будет.
— Так… записал? Стрелковка у нас своя. Да! Вот ещё что! Договор на поставку с ОНПЗ со всеми согласованиями, квотами, разрешениями на вывоз должен быть у меня на руках до начала операции! Иначе — отбой! Мы, понимаешь ли, «под честное слово» больше не работаем!
— Я скажу заказчику, как он… Но операция должна пройти в ближайшие, в эти сутки!
— Да ты охерел! — взвился Андерс, швыряя бинокль на столик перед трюмо, так, что на пол посыпались флакончики.
— Таковы текущие условия… Заказчик просил передать, что это в ваших же интересах — в ближайшие сутки Региональная Администрация будет очень занята… есть такое мнение!
— Митинг днём, да? — переспросил Петерс, — Очередное «Доколе!!» и «Долой!»?.. Знаем, слышали.
— Да… И митинг тоже. Вот, в это время и нужно будет всё…
— Ну так а чо ты тогда здесь сидишь?? Быстро подхватился и помчался выполнять заказанное! И договор с согласованиями — в первую голову, а не то не будет продолжения! Давай-давай, в темпе!
Андерс пнул по пуфику, на котором сидел человек, и тот чуть не упал. Вскочил, ухватившись, чтобы не потерять равновесие, за витой столбик у края широкой кровати, сейчас представлявшей собой просто плоский четырёхугольный сугроб. Наклонился, отыскивая наощупь обронённый блокнот. Андерс подтолкнул блокнот носком ботинка:
— Давай-давай! Мотай отсюда! По заказам — вперёд, время пошло!
Паралетов вышел, проклиная про себя чёртовых «ватажников»; подсвечивая себе фонариком, стал спускаться по скрипучей лестнице с мансарды. Действительно, задача ещё та — за ночь найти всё это перечисленное: щиты омоновские, дымовые шашки… кружки, удочки… зачем им удочки?? Ну, насчёт договора пусть сам Лижко разбирается, моё дело передать… Чччёрт… Нет в мире тихого, тёплого, безопасного места — к кому не прибейся, все норовят сунуть в самое пекло, а платят… платят совсем неадекватно опасности, во всяком случае, не как он рассчитывал… Он, переговорщик с огромным опытом, вынужден иметь дело с какими-то отморозками, выполнять их бредовые «поручения»…
Спустился по лестнице, перешагнул через заледенелый труп бывшего, очевидно, владельца коттеджа. Вот уж кому точно не повезло — рассчитывал, наверное, тоже — отсидеться, да откупиться. А эти… Да ладно, у них у самих какие шансы-то, что не перестреляют их?.. кружки им, удочки… спасут их омоновские щиты, ага… Кстати, нет ведь давно ОМОНа, и щитов нет; надо будет заехать в штаб-квартиру «Верного Вектора», они во время прошлого «базара» много у милиционеров наотнимали, у них точно должны быть… Так, кто у меня в «Верном Векторе»…
Полуощупью он направился к выходу во двор.
— Влад, может, ну его? — вполголоса спросил осторожный Петерс, — Грохнем сейчас этого Паралетова да и уйдём? Что нам эти, в коттедже, сделали, что мы их будем мочить?
— Долги у нас… Разрешение на выезд нужно… — теперь Влад опять рассматривал коттедж, — Прямой ход на нефтепереработку и отгрузку «на ВСР», «на фронт» — это дорогого стоит… что, бросить всё здесь и уходить лесами? Нет, мы уйдём, конечно, но мы же не для этого сюда приехали?
— Правильно! — поддержал шефа Андерс, — А то скучно! Как в прошлый приезд тех ментов положили на трассе, так больше ни одного конфликта! Скукотища!
— А как схлопочем по дырке во время штурма — веселее будет?..
— Не боись, не схлопочем! Вон, я же вижу, Влад всё продумал.
— Ладно, — Влад опустил бинокль, — Пойдём вниз, в машину. Там расскажу, что придумал. Если получится, то не так это и сложно будет.
Приехавших на промзону, в «Нору», как стали называть своё загородное убежище пацаны, были встречены отцом Генки, Александром Васильевичем, «дядей Сашей», как его звали пацаны и стал привыкать звать и Владимир, гавканьем какой-то мелкой псины на привязи, которую Генка назвал Янычар, и ещё каким-то мелким тщедушным дядькой в ватнике и потрёпанной ушанке, которого дядя Саша называл попросту: Оберст.
