По произошедшему ничего не было понятно, но одно было бесспорно — кровавый бардак, который он, Владимир, основываясь и на интуиции, и на анализе происходящего, предвидел, начался. Видимо и разборки с коттеджем решили приурочить к этому событию.
Он прибавил газу.
На площади же этим утром произошло вот что.
Едва рассвело, перед Домом Регионов стал собираться народ. Это были самые разные люди: рабочие с окончательно остановившихся предприятий; инженеры, менеджеры и прочие «синие воротнички», до последнего времени хоть как-то перебивавшиеся на военных заказах Администрации Регионов, не то на полном серьёзе считавшей, что она «ведёт войну с Мувском», не то делавшей вид, что воюет; во всяком случае тощий ручеёк талеров подпитывал скудные семейные бюджеты… пока перед Новым Годом всё не встало наглухо. Были недавние студенты, счастливо, так или иначе, миновавшие все восемь мобилизаций, и избежавшие до сих пор «эвакуации в сельхозпоселение»; домохозяйки с запавшими от забот глазами; библиотекари… бухгалтера… продавцы закрывшихся магазинов… парикмахеры и косметички… водители вставшего окончательно городского транспорта, опять же счастливо избежавшие «почётной обязанности» посидеть за рычагами боевой машины на фронте… словом, тут были самые разношёрстные люди, «которых достало»! Тем более, что их уже больше года убеждало телевидение и радио, что они, именно они — «народ!» — совершили «Революцию Регионов», свергнув «ненавистный мувский режим»; и что именно им принадлежит власть и будущее Свободных Регионов!» Многие всерьёз верили в это, и вот… они на Площади, чтобы, как они думали, совершить очередную Революцию, свергнуть «проворовавшегося вора и преступника Прохошенко» и избрать (в очередной раз!) самое справедливое и правильное Правительство!
Но больше всего было солдат! Недаром по городу не первую неделю ходили слухи, что несмотря на жесточайшие карательные меры, целые подразделения, причём с оружием, снимаются с мувского фронта и идут к Столице Регионов. Ибо их происходящее достало ещё больше, нежели горожан. То отдельными вкраплениями, то целыми массами площадь к началу митинга покрылась, как плесенью, бледно-серо-зелёно-голубыми пятнами армейского зимнего камуфляжа. Многоцветье эмблем и шевронов: молнии и рунические символы, оскаленные морды зверей и башни замков с рыцарскими доспехами, — здесь были представители всех частей с мувского фронта…
Замерзающие и голодающие вояки, к напастям на которых недавно присоединилась и некая болезнь, выкашивающая целые подразделения, были здесь; они покинули свои земляные норы, блиндажи под Равнопольем и Омелем; они больше не верили в скорый победный парад на главной площади Мувска; им больше не помогал Запад; они хотели домой… но дома тоже ждал холод, голод, безнадёга.
Теперь это всё выплёскивалось в озлобление, в ненависть непонятно к кому — столько времени учили привычно уже ненавидеть «мувскую сволочь», но тут-то… предметно было видно, что не Мувск отключал тепло в домах оршанцев; не Мувск сгонял в примитивные сельхоз-коммуны на ручной рабский труд… неясно, совсем непонятно было что же делать; и хотелось привычно уже «всё-всё сломать», а затем… ну, чёрт побери, верили Прохошенко, — но должны же остаться честные люди, способные вывести страну из мрака??
Площадь шумела.
Когда выступал уже третий оратор — и это была Федошенко, «дама с бубликом на голове», как её называли; чудесным образом вылечившаяся от инвалидности, полученной «в застенках», впрочем, во вполне комфортабельных застенках; многие стали оборачиваться на негромкое жужжание. Оно раздавалось откуда-то сверху, и вскоре его источник выяснился: это были квадрокоптеры, небольшие такие рамы с маленькими «вертолётными» винтами по углам, управляемые по радио и обычно призванные таскать на себе видеокамеры на массовых же мероприятиях, снимать происходящее панорамно, сверху.
Теперь небольшой стайкой четыре штуки этих аппаратов втянулись на переполненную площадь. Держась на высоте примерно пятого-шестого этажа они, негромко стрекоча винтами, стали расползаться над толпой, на время отвлекая на себя внимание.
— … не позволим!.. …произвол олигархической клики!.. …сращивание с самыми мерзкими… …не для кого не секрет, что коммерческие интересы этого так называемого «президента» находятся в Мувске! Не позволим!.. — доносились усиленные микрофоном выкрики Федошенко; но её какое-то время никто не слушал, особенно с той стороны площади, откуда и вплыли эти четыре аппарата. Люди, задрав головы, рассматривали их, перекидываясь репликами:
— Гля… чо они?
— Снимають… для СБР??
— Ща шмальну в ево!
— Не, ты чо. В людей упадёт. Да и не СБР это, — видишь, на брюшках надпись: «Пресса».
— Угу, и вон на том логотип «Первого Регионального канала». Это для новостей…
— Ага. Вон объектив видно.
— Миха, покажи ему фигу — вечером покажут, га-га-га!
— Хы. Вечером нас по телеку покажут! Делаем историю, братва!!
— …в который уже раз?.. Заипала уже эта «история»…
