— Тебе что надо?? Ты — кто таков! Ты — тут зачем?? — затарахтел Макс, уставив теперь ствол обреза на него, — Шёл — и иди себе мимо!
— Я — посредник! — немало не смущаясь направленного на него ствола, отрекомендовался Диего, — Шёл тут, как вы справедливо заметили, мимо; и обратил внимание на происходящее. Синьоры! У вас всех, я вижу, накалены нервы; и я, во избежание кровопролития, решил предложить вам, уважаемые, свои услуги в разрешении конфликта!
— Чего??.. — тупо переспросила Максова жена, но чуть отодвинула лезвие поварского ножа от горла девушки.
— Ты чего припёрся? Зачем ты тут?? — посредник, нах!! — опять срываясь на визг, закричал Макс. Он злобно глядел на подошедшего, на его неуместные франтоватые усики и дурацкую тросточку в руке, затянутой в чёрную перчатку, которой тот, разговаривая, непринуждённо помахивал перед собой, — он ведь только что помешал ему поднять пистолет! Он, не задумываясь, сейчас выстрелил бы во франта; его удерживало только и исключительно то, что обрез был одноствольным; и, если в подъезде после выстрела поверх голов он ещё в суматохе успел перезарядиться, то сейчас выстрел, конечно же, будет уже последним! Чёрт принёс сюда этого!..
— Я-то? Как уже сказал — я выступаю посредником; я желаю бескровного разрешения конфликта! — повторил Диего, — Я — в первую очередь на вашей стороне! — подойдя совсем близко, заявил он Максу, и, обернувшись, строго сказал мальчишкам:
— Так, сейчас же все — три шага назад! Ну! Раз-два-три!
Сказано это было так уверенно, что они все, и Владимир в том числе, откачнулись назад — на три не три, но шага на полтора-два, расширив ещё круг напротив парочки террористов-соседей и стоявшего перед ними теперь в одиночестве Диего.
Потом, повернувшись к Максу и направленному теперь на него стволу обреза, он продолжил, по-прежнему помахивая перед собой лёгенькой изящной тросточкой:
— Вы, синьор, не беспокойтесь — у меня большой опыт в разрешении такого рода конфликтов; в том числе, надо сказать, и некоторый опыт посредничества на дуэлях; так что, если вам, querido amigo, вдруг понадобится секундант, сведущий в дуэльном кодексе, вы вполне можете…
— Ты чо несёшь, ты!.. — заорал Макс, — Какой нах дуэльный кодекс! Ты зачем?!..
— Я — помочь вам! — терпеливо, как маленькому, вновь пояснил Диего и тросточка его описала в воздухе замысловатую кривую, — Чтобы не случилось непоправимого. Сейчас мы всё сделаем ко всеобщему удовлетворению!
— Синьора! — обратился он теперь к толстой Максовой жене, смотревшей на него непонимающими выпученными глазами, — Вы чуть отпустите девочку, вы делаете ей больно! А вы… — теперь он обратился к Максу, и тросточка вновь описала красивый и плавный пируэт,
— Вы сейчас поднимите этот пистолет, и, будучи вполне вооружённым, сможете высказать свои дальнейшие пожелания, которые ваши оппоненты… — опять плавное движение тросточкой, на этот раз в сторону мальчишек и Владимира, — Я уверен, с интересом и пониманием выслушают…
— А?.. — Макс, сообразив, не переставая держать обрез направленным на пришельца, опять выдвинулся из-за туши своей жены и фигурки Алёны, и стал вновь наклоняться, собираясь правой рукой (в левой был обрез) поднять лежащий пистолет.
— Итак, поднимите же пистолет! — доброжелательно подбодрил его Диего, — А вы, querida señora, пожалуйста, будьте так любезны… — опять плавное движение тросточкой в воздухе, как дирижёрской палочкой…
-..!
Никто ничего не понял, просто не успел.
Движение было молниеносным, как бросок изготовившейся кобры; заметить его, а тем более отразить или уклониться было абсолютно невозможно: плавно двигавшаяся в воздухе тросточка внезапно превратилась в подобие разящей рапиры: в доли секунды выпад, как на показательных выступлениях фехтовальщиков, — и острый стальной конец изящной тросточки чётко и жёстко вошёл в правую глазницу Валентины!
Голова её мотнулась назад…
Мгновенно выдернув свою тросточку-оружие, — при этом из глазницы отчётливо плеснуло тёмным, — Диего мгновенно и очень сильно взмахнул ею в воздухе — тросточка описала правильный и красивый полукруг, свистнул разрезаемый ею воздух! — и обрушилась на ствол обреза, сбивая его вниз.
— Бах!! — стукнул выстрел; из ствола снопом ударило пламя — прямо в утоптанный снег под ногами, рядом с лежащим пистолетом, выбивая в снегу неправильную окружность.
Ещё мгновение понадобилось Диего чтобы, шагнув в сторону Макса, схватить левой рукой отворот Алёниной курточки и рвануть её вправо-назад, прямо на присевшего Макса, уводя от ножа в руке падающей Валентины.
Ещё шаг, — и он буквально выдернул девушку в сторону, но сам не устоял на ногах и упал на спину, увлекая за собой в сторону и Алёну…
Но это было уже неважно!!
Оцепенение от произошедшего длилось те же доли секунды! — как только толстая тётка с пробитым глазом отшатнулась назад, падая; как только ударил выстрел обреза — в снег, под ноги, не в кого-то! — пацанов как включили: они ринулись вперёд, к Максу и его жене, обегая Диего и Алёну.
Хлопнул пистолетный выстрел. Один.
