Корпус расположился напротив ворот форта, у леса с северной стороны от дороги. Только сам Юстиг и сотня его охраны отправились переночевать в форт. Там же меня ждал и Катон, но через Люка и Зорана я попросил его выехать из ворот.
Мы коротко переговорили. Он выразил радость, что видит меня живым, я совершенно не зная его, тоже обрадовался для виду.
Выглядел он необычно. Длинные темные кудри выбивались из-под шлема, как у какого-нибудь французского мушкетера. Катон оказался довольно упитанным малым с длинными усами и пухлыми щеками. Этакий Портос.
Значит короткая армейская стрижка у нас не обязательна, каждый как хочет, так и ходит.
— Сотни бойцов для тебя не жалко, Кранц, — сказал Катон. — Надеюсь, тебе у Риффена хорошо, и ты не метишь на мое место.
— Меня все устраивает, — ответил я. — За свое место можешь не волноваться.
Мы вместе посмотрели, как Люк и Зоран ехали вдоль строя и указывали на солдат, в основном из той тысячи, в которой раньше служили сами. Все выбранные были молодыми бойцами вроде Чека и Джея, и они были не против присоединиться к моему отряду.
Марвин построил сотню в колонну. Я попрощался с Катоном.
Мы направились назад, к холмам возле деревни, на склонах которых мы разместили свой палаточный лагерь.
Марвин, Люк и Зоран разделили солдат пополам и выдали пятьдесят арбалетов, по одному на двоих. И сразу приступили к тренировке в лощине между холмами. Сначала стреляет один, второй собирает болты, потом меняются.
Прилетела Мара и мы присели у небольшого костра в ожидании Чека и Джея.
— Проверила наш дом, — сказала она. — Все хорошо. Но никого в деревне не осталось. Быстрее бы закончилась эта война.
— Скоро все закончится, — сказал я. — Нашей полной и безоговорочной победой.
— Обещаешь?
— Да. Обещаю.
Этот ответ полностью ее устроил. Она смотрела в огонь, ее голубые глаза потемнели и искрами вспыхивали в наступившей темноте.
— О чем вы говорили с Фрехой и Лианой?
Мара улыбнулась.
— Чтобы я присматривала за тобой.
— Странно, что никто мне не сказал присматривать за тобой, — сказал я.
— А что за мной присматривать? — удивилась Мара и вытянула за цепочку свой кулон. — Я же избранная.
Как стемнело, я заставил ее пойти в палатку и немного поспать. Впереди нас ждала работа. Сам задремал возле костра.
Чек и Джей примчались среди ночи, они торопились и лошадей не жалели. Пришлось им поменяться лошадьми с новичками. Я хотел взять их обоих на очередную вылазку. Всегда лучше полагаться на проверенных людей.
Они привезли сорок два арбалета с полным боекомплектом, которые Марвин сразу раздал тем, у кого их еще не было.
Книгочея я отправил с двумя новичками к Трогеру за дополнительными болтами.
Зорану приказал остаться, назначив его старшим. Марвин распределил часовых и велел всем, кто не едет, хорошенько выспаться.
Я сформировал две ударные команды.
К себе взял Люка, Джея, Чека и шестерых новых бойцов.
Марвину достались Пипен и еще два парня, имена которых я так и не смог запомнить, и шесть новых стрелков.
Сначала мы поскакали одной группой. Выбирая из двух вариантов, как обойти осажденный Корханес, ближе к границе с гоблинами или вдоль границы с тоширунгами, я выбрал второй. Наверное потому, что Марвин сказал — по пути там будет скит отшельника, с которого все началось.
Мара проснулась и выбралась из палатки перед самым отправлением. Все еще сонная, она подошла к Арме, которая опустилась перед ней на колени, и залезла в седло.
Я переделал седло так, чтобы Маре было удобнее.
Мы с Зораном отошли в сторону и я дал ему последние указания по дальнейшим действиям, в случае, если мы не вернемся к рассвету. А мы и не вернемся. Я не стал заранее объяснять все Юстигу. Достаточно того, что показал ему Зорана.
У него все получится и без моего присутствия. Девяносто арбалетчиков, у каждого по сотне болтов — такого усиления огневой мощи корпуса должно хватить. И Книгочей привезет еще боеприпасы.
В дозоре казарбов далеко не у всех были арбалеты, всего четыре — лишь у каждого пятого. У основного войска, скорее всего, соотношение и того меньше. Если сравнивать луки, то наши лучше, судя по тем лукам казарбов, что мы собрали после разгрома их ночного дозора.
— Зоран, план на бой простой, — сказал я. — Стреляете строго по их арбалетчикам, издали, так чтобы у них не было шансов ответить. И еще можете выцеливать командиров.
— Так точно, босс, — четко ответил он.
Понемногу дисциплина налаживалась и я начал подумывать не ввести ли еще и строевую подготовку, как наступит мирное время.
Я вскочил в седло и отсалютовал остающимся. Мы растворились в ночном тумане на краю лесного массива.
Мара время от времени взлетала и с высоты осматривала пространство впереди по курсу. Но казарбы у Корханеса к ночи успокоились и никаких дозоров в этой стороне не наблюдалось.
Это наводило на мысли. Понятно, что степняки не собирались вести войну против тоширунгов в их непроходимых лесах. А местным оркам вмешиваться в чужие распри при непонятной выгоде, смысла не было. Вот они и сидели тихо в своей чаще.
