Редж заставил себя сделать глубокий вдох и выдох прежде чем снова открыть рот. Неправильный ответ мог стоить ему жизни - он сильно сомневался, что это приглашение. Он видел эти жестокие синие льдинки беспомощно тающими, а это очень опасное знание.
- М-мне… - проклятье, он снова начал заикаться. - мне х… хотелось доставить тебе удовольствие, господин.
Целую вечность тарамаэл смотрел на него с непроницаемым выражением лица.
- Хорошо, - наконец, выдал он бесстрастным голосом. - Иди сюда, доставишь мне удовольствие.
Последнее слово он произнес таким тоном, что Редж начал подозревать - удовольствие сейчас тармаэлу доставит его окровавленная тушка. Он подошел к Синеглазому и встал на колени у его ног, глядя в пол.
- Ну и чего ты ждешь?
- Прости, если я разозлил тебя, господин.
Он склонился к изящным ступням и начал покрывать их поцелуями. Словно пробираясь по минному полю, землянин с опаской двинулся вверх, лаская губами гладкую кожу и каждую секунду ожидая, что его сейчас грубо отшвырнут и в него вонзятся острые когти. Но когда он добрался до края туники, опасение сменилось всепоглощающим желанием. Он провел ладонями вверх, поднимая тонкую ткань, тармаэл хотел его - Редж изучающе лизнул истекающую пряным соком головку, напряженно ожидающую его внимания, а потом глубоко вобрал в рот отозвавшуюся толчком крови плоть. Он гладил руками его бедра, а потом, еще больше осмелев, положил ладони на ягодицы, притягивая тармаэла ближе к себе. Он конечно не особо рассчитывал, что ему сегодня что-нибудь достанется, но не переставал мечтать о том, чтобы у Синеглазого наконец подогнулись колени и землянин подхватил бы его на руки и отнес в постель. Ну какая разница, кто из них господин, а кто раб? Ведь тармаэлу понравилась пассивная роль - так ли принципиально, каким способом раб доставит ему удовольствие, тем более, что об этом никто никогда не узнает?! Мечтам Реджа не суждено было сбыться, его прервали и вздернули за цепь на ноги, лишь затем, чтобы грубо швырнуть на край постели. Десантник в очередной раз убедился насколько обманчива внешняя хрупкость фарфоровой фигурки. Он попытался подняться, перебирая в уме, что он сейчас сделал не так, но тармаэл прижал его голову к постели, прошипев, чтобы не дергался. Редж замер, все еще не совсем соображая, на что он сегодня нарвался. Острые когти легли на его бедра, а затем тармаэл резко вломился в его тело, заставив землянина сдавленно вскрикнуть. Не ожидавшие такого вероломства мышцы отозвались болезненным спазмом, тармаэл нещадно терзал его тело, двигаясь в быстром, рваном ритме. Жгучая боль сначала нарастала, заставив землянина искусать все губы до металлического привкуса крови во рту, а потом он к ней все-таки притерпелся и только часто глубоко дышал сквозь стиснутые зубы, думая про себя: “ну когда ж ты кончишь-то?! ну давай уже! давай!”. Он даже пропустил этот момент и выдохнул с облегчением, когда тармаэл уже отстранился. Редж медленно поднялся, внизу все горело, по бедру текла горячая струйка. Он вытер бедро ладонью, чтобы не испачкать простыни и увидел на пальцах кровь.
- Я был нежнее с тобой, господин, - хрипло пробормотал Редж, глядя в пол. Ему уже было все равно даже если за эту реплику он получит болезненный удар, все как-то притупилось, хотелось лечь где-нибудь, свернувшись в комок, и чтобы никто не трогал, а его еще ждала ночь со сморками. Тармаэл на это никак не прореагировал, и Редж решился еще открыть рот.
- Господин, можно мне в душ, а то я тебе весь пол в крови перепачкаю? - спросил он, не поднимая глаз - смотреть на эту красивую бестию ему расхотелось.
Тармаэл, по-прежнему молча, расстегнул ему ошейник.
- Спасибо, господин, - Редж бросил короткий взгляд на своего мучителя и ожидаемого злорадства на фарфоровом лице не увидел.
Неуклюже переставляя ноги, он добрался до ванной и сел там в джакузи под включенный душ. Теплые струи били по макушке и плечам, Редж посидел с закрытыми глазами, а потом глянул вниз - из-под него вытекал чуть розоватый ручеек, надо было включить холодную воду, чтобы остановить кровь, но сил подняться не было. Редж снова закрыл глаза, не такое уж сильное кровотечение, чтобы об этом беспокоиться, правда, ближайшая неделя будет весьма неприятной.
Он проснулся, вздрогнув, от того, что кто-то осторожно хлопает его по щеке, и ошеломленно взглянул в обеспокоенные синие глаза.
- Прости, господин, я заснул, - Редж заворожено уставился на смутившегося тармаэла и осознал, что несмотря на причиненную боль, ему хочется притянуть его к себе. Синеглазый отдернул руку и склонил голову, пряча лицо за упавшими волосами, отступил и прислонился спиной к стене, обняв себя руками.
- Я подумал, вдруг я тебе что-нибудь повредил, и ты потерял сознание, - нехотя пояснил он.
- И ты испугался, что тебе будут мешать спать сморки, пока не найдешь другого сморколова? - улыбнулся Редж.
- Я вижу, с тобой уже все в порядке, - Синеглазый поднял голову. - Свали из моей ванны, мне тоже нужно в душ.
- Я мог бы тебе спинку потереть, господин.
