Джим Бриджер не хотел отпускать своего старого приятеля Билла Джексона даже после того, как из форта укатила последняя фура.
— Пожалуйста, не уезжай, Билл, — просил он его. — Ты потом нагонишь их верхом. Индейцы всё равно их теперь больше не тронут. А мне здесь так одиноко. Давай-ка мы с тобой ещё выпьем.
— Это веская причина, чтобы задержаться, — кивнул Джексон. — И очень важная.
Бриджер откупорил бочонок, который прятал в своём домике, и разлил крепкий прозрачный самогон необычайной крепости — «ликёр», как его называли охотники за мехом — в оловянные кружки. Выпив, Джим затянул грустную песню. Его голос был полон меланхолии.
— Прощай! — вновь и вновь повторял он, указывая куда-то в сторону синеющих на горизонте гор. — Мы были друзьями, не правда ли, Билл?
Джексон серьёзно кивал ему. Вскоре он и сам запел.
— Да, нам придётся попрощаться сейчас, друг, — сказал Бриджер. — Слушай, а может, нам распрощаться так, как это делали в стародавние дни? Так, как это делал Майк Финк и его приятель Карпентер? И другие меткие стрелки? Когда ставили друг другу на голову кружки со спиртным и стреляли по ним. Мы с тобой видели это собственными глазами. Это было тогда, когда здесь жили одни только охотники, до того, как здесь появились все эти переселенцы на своих крытых повозках.
— Это правда, — подтвердил Джексон. — Хотя теперь я уже не доверился бы меткости некоторых старых стрелков.
— Но ты готов довериться мне, Билл? Так же, как я готов довериться тебе? Ради старых добрых времён, когда друзья были настоящими друзьями?
— Ну конечно, готов — что бы из этого ни вышло, Джим. Моя рука — твёрдая, как скала, хотя моё плечо и ноет после попадания в него индейской стрелы.
Они оба вытянули вперёд правые руки. Они не дрожали.
— Я вижу отсюда шляпки гвоздей на двери, Билл. А ты их видишь?
— Абсолютно ясно! Мы просто зря прольём ликёр, потому что мы оба первыми же выстрелами продырявим эти чёртовы кружки.
— Ты что же, боишься?
— Я же сказал тебе, что нет.
— Шардон! — позвал Бриджер своего приказчика. — Шардон, иди сюда!
Помощник вскоре появился, хотя в эту минуту он, как и другие, старался держаться подальше от подвыпившего хозяина. Все хорошо знали, что за обильными возлияниями обычно следуют выстрелы.
— Шардон, принеси-ка две новые оловянные кружки и кусочек угля, чтобы наметить мишени. Мы собираемся поставить друг другу кружки на голову и прострелить их. Так, как это любили делать в стародавние времена. Ты понимаешь, что я имею в виду.
Дрожащий Шардон притащил две оловянные кружки, и Джим углём наметил в центре каждой жирную чёрную мишень. Затем они вышли на улицу. Все переселенцы уже давно уехали, и площадка перед домом Бриджера была пуста. На ней остались лишь Шардон и ещё двое мужчин. Возле самого высокого вигвама неподвижно застыли две женщины-индианки — постарше и помладше. Это были жёны Джима Бриджера. Они закрыли в страхе свои глаза краешками одеял, в которые кутались, не смея ничем выразить своего протеста, и полностью покорились судьбе.
Джим Бриджер наполнил обе кружки крепким ликёром и поставил их на землю.
— Ты почистил своё оружие, приятель?
— Разумеется. Но давай-ка прочистим стволы снова, — ответил Джексон.
Они загнали в дула шомпола и хорошенько вычистили стволы.
— Чистый, как свисток! — крикнул Билл, вытаскивая шомпол из ствола.
— У меня точно так же. Оружие у меня всегда было в полном порядке.
— Стреляй чуть повыше мишени, друг, — предложил Джексон. — Тогда, я думаю, моя голова будет целее, а в кружках останется больше спиртного. Мы же должны будем допить то, что в них останется.
— Да, после того, как мы оба отстреляемся, мы можем и выпить, — сохраняя остатки рассудительности, произнёс Бриджер. — Иди и встань там, где я провёл черту на земле. Шардон, чёрт побери, возьми кружку и установи её ему на голову. И если только ты прольёшь хоть кайлю, я тебя прикончу!
Лицо приказчика смертельно побледнело.
— Но, месье Джим... — заюлил было он.
— Хватит называть меня «месье Джим», а не то я проделаю дыру в твоём теле прямо сейчас! Делай то, что я тебе сказал, Шардон! А потом ты увидишь, как прощались охотники в стародавние времена и, может, это послужит тебе уроком.
Джим посмотрел на Джексона.
— Билл, стреляй первым. Свет не очень хороший, так что мы лучше поменяемся местами после первого выстрела, чтобы не отсвечивало.
— Чтобы решить, кто будет стрелять первым, нам надо бросить монетку, — возразил Джексон и вытащил из кармана испанский серебряный доллар. — Чур, моя сторона — решка, — крикнул он и подбросил монету в воздух. — Решка, — сказал он, когда монета упала. — Я выиграл. Тебе стрелять первому, Джим.
— Ну конечно, я поступлю только так, как велит выпавшая монетка. Отойди от меня на пятьдесят ярдов, Билл. А что у тебя за ружьё?
— А почему ты спрашиваешь? Ты же знаешь, что старый оружейник Майк Шитс из Виргации никогда не делал ружья лучше, чем это. Я никогда не изменял этому ружью.
