Ксеродерма полностью

Тяжелее всего вытащить на свет Божий собственную глупость, нежели слабость, поэтому от первой, как правило, отказываются все, со второй, как правило, соглашаются многие.

— Я выпишу вам рецепт, но это, безусловно, не решит данную проблему, потому что вы хотите только спать с женщиной, это всё равно, что пользоваться памперсами при вполне здоровом организме. Мужчина должен быть как знаменосец, всю жизнь или впереди всех или на кресте.

— Это как?

— А вы возьмите флаг в руки и — вперед. Упаси Бог, споткнёшься, поскользнёшься, или повернёшь в другую сторону, кара неминуема. Так что трудитесь упорно, уверенно, настойчиво: дышите ей в лицо, шею, спину, ягодицы и вам снотворные не понадобятся, и ей алкоголь, тем более.

— Так вы предлагаете, что я её должен ее просто еб…, извините трахать, снова извините. При такой-то должности!

- А у нас на Руси так испокон веков повелось. Ежели под настроение, то ебут искренне и крепко, невзирая на чины и должности.

— Вы знаете, мне кажется она сейчас где-то рядом.

Человек, которого ты искренне ненавидишь или боишься, кажется, существует везде.

— Вы в молодости ей, в какое ухо дышали? Сейчас дышите в оба. Алкоголь исчезнет, снотворные не понадобятся, её должность покажется самой заурядной.

— Вы какой-то странный доктор.

— Срамное место у неё от рождения, супруг вроде бы от Бога, алкоголь от жизни. Следовательно, родилась до вас, пьет без вас, и вообще, вы ей совершенно на хер, а вернее похер.

— Вы понимаете, при какой она должности?

В каждой цепи есть слабое звено, понимая это и из-за страха окаянного, не все способны носить эти цепи.

— Если натянуть на нее шапку-ушанку, нацепить маршальские звезды, мужские кальсоны и валенки, она всё равно останется женщиной, если такою рождена была. И даже в этом клоунском одеянии она захочет быть женщиной, даже для такого мужчины, как вы.

— Странный вы доктор.

— К сожалению, я не в силах вам помочь. Вы обратились не по адресу, неврологи данными вопросами не занимаются. Нет, они иногда, под настроение, решают проблемы с чужими жёнами, но несколько в другом ракурсе. Но, поверьте, происходящее в вашей семье не является чем-то необыкновенным. У меня хорошие связи. Скажите, пожалуйста, где работает ваша жена, и через неделю или две она станет простой отечественной служащей.

— Вы действительно странный доктор.

— Могу порекомендовать вам хорошего специалиста.

— Я надеюсь, он не обуреваемый безумными идеями психиатр?

— Нет. Она психолог. Нормализует вам цикл день — ночь.

Иначе ведьму не одолеть.

Сон ночью — счастье, если день в радость. Всё одно и то же. Всё повторяется, заимствуется, рождается, формируется из уже когда-то увиденного, услышанного или прочитанного. Беспрерывный плагиат, одним словом. Не является плагиатом инсталляция: унитаз, вода, фекалии, ибо сравнивать их схожесть, свежесть, цвет, форму и консистенцию, находясь в здравом уме, никто не будет. Я, безусловно, не имею в виду медицинских работников, но и те, как правило, туда заглядывают только по долгу службы, ибо чего там греха таить, современная культура слабо доступна их пониманию.

Хотя в течение последнего века в мире наметились определённые приятные тенденции. Они заметы невооруженным глазом, то есть для их созерцания не нужны ни какие оптические приспособления.

Женщины начала прошлого века. Приятный, манящий до головокружения и грехопадения запах духов. Приятные глазу шикарные платья, изящные шляпки, воздушные платочки, длинные перчатки, высокие корсеты, а под ними огромные панталоны, почти до колен. Но только они и возбуждают.

Один виток времени и фантазии, и расцветка изменилась полностью: каждый, как и положено начал заниматься своим делом: мужчины успешно работают визажистами, стилистами и истинными властителями женской моды, впрочем, очень часто и мужской. Женщины поднимают штанги, гантели и прочие мелкие тяжести, ловко бросают через бедро, а наиболее прекрасные представительницы этого пола одними зубами могут вытащить из непролазной грязи тяжелый грузовик, груженный бетонными блоками, куда он попал по вине пьяного водителя, естественно мужчины.

Сколько огурец ни соли, всё одно безвкусным будет, ибо не под солнцем вырос.

С осторожностью двери закрываются.

Непонятно двери открываются.