И Берии они нравятся, только ко всему надо подходить творчески, к примеру, менять последовательность. Почему сначала авария? Куда проще сначала фамилия, нужная фамилия, а уж устроить ей «аварию» – дело нехитрое.
Хозяин два года назад как-то, будучи в хорошем настроении, пошутил:
– Лаврентий! Ты бы как-то изменил начало своих телефонных разговоров. А то говоришь «Берия слушает»… Это ведь и так всем известно, что слушаешь. Вот тут товарищ Вышинский опять на свой телефонный аппарат жалуется. Разберись, пожалуйста.
Берия знал, что к бывшему генеральному прокурору, а ныне заместителю министра иностранных дел, у Сталина отношение особое. Когда-то вместе сидели в бакинской тюрьме. Только тогда Вышинский был Анжеем, а Сталин – Джугашвили. Он выступал главным обвинителем и в «шахтинском деле», и в «деле Тухачевского», и в «деле Промпартии»… Заслуги большие, но в последнее время Хозяин как-то охладел к нему.
И уже на следующий день в красной папке появился документ:
– Так что? Это такая специфическая слюна у Андрея Януарьевича оказалась? Ну, ты хитрец! – посмеялся Хозяин, ознакомившись с документом.
Материалы «прослушки» Сталин всегда принимал к сведению. А вот решал их судьбу, а точнее судьбы прослушанных, по-разному. Как совсем недавно по еще одному дипломату, бывшему наркому Литвинову, который позволил себе сказать одному западному корреспонденту, что Россия смогла бы обратить в свою пользу репутацию проводника политики доброй воли, которую она заслужила во время войны, но что Сталин и Молотов не верят, будто добрая воля может стать прочным фундаментом новой политики; «они поэтому и захватили все, что плохо лежало». Казалось бы, Хозяин не любит Литвинова, убрал его и его соплеменников, составлявших основные кадры Наркомата иностранных дел. Но материал оставил без последствий. Значит, на Литвинова есть какие-то другие виды.
Как хотелось бы Лаврентию Павловичу накопать что-нибудь на главного идеолога партии и непременного тамаду сталинских застолий Жданова. Давно бы «замазал» его. Но он, опытная бестия, дает возможность органам записать разве только свои фортепьянные концерты. Вот недавно доложили, что на даче с гостями пел о Сингапуре, мол, прославлял чуждую нам реальность. Однако беда в том, что это оказалась песенка Вертинского. А того любит и Хозяин. У него целый комплект пластинок с его песнями на даче. Вертинский и сам о Сталине песню написал.
В умении предугадывать, подготавливать нужную почву, а иногда и расчищать ее Берия, пожалуй, не знал равных. На всей его карьерной лестнице удивительно вовремя освобождалась следующая ступенька. Кто помнит теперь этих Гогоберидзе, Лордкипанидзе, Картвелишвили, Орахелашвили или Павлуновского, Кацнельсона, Валика, Залпетера?.. Прах всех этих злостных троцкистов, вредителей и шпионов давно истлел где-то во рвах под Коммунаркой. Да если кто и помнит, то это очень, очень зря.
