– Почему он меня не помнит? – задал император вопрос новому главе лаборатории, когда пришел к нему в кабинет.
– Я ведь предупреждал вас, ваше величество. Про изменения и память. Все клоны помнят жизнь настоящего Снежка. Похоже, его память каким-то образом передается на генетическом уровне.
– И как это исправить?
– Практически никак. Теоретически есть одно средство, но оно опасное.
– Говори, – приказал Шэран.
– Есть один аппарат. Древний, очень древний, так вот он может корректировать память разумных. Правда, протестировать мы с Рагнаром его успели только на одном из трех клонов. Успех. Парень забыл вообще все-все из жизни Снежка.
– То есть вы взяли и стерли ему память? Совсем всю? И это успех, по-вашему?
– Да. Это же такой прорыв в науке. Мозг можно корректировать. Стирать и добавлять любые воспоминания, внушать, что хочешь, и управлять любым разумным существом. Разве кто-то из ныне живущих у нас в галактике рас смог придумать такое? Правда есть риск… сделать подопытного вообще… как бы это правильно подобрать слово… овощем.
– Забываешься! Мой сын не подопытный кролик! Он принц и мой наследник! – закричал император и грозно сверкнул глазами. – Никаких экспериментов над моим сыном. Он сам все вспомнит. Когда можно будет ему пройти первый оборот? Я так понимаю, что все эти улучшения временны, и пока он не обратится, рано или поздно опять начнет слабеть?
– Никаких так никаких. Вот поднаберется сил, сводите его к источнику. Там у него будет больше шансов пройти оборот менее болезненно. В древних книгах негуманоидов, найденных здесь же, в лаборатории, подробно описан весь процесс оборота. Мы его проводили со Снежком, пока он был у нас. А отдали его вам уже после оборота, зафиксировав ошейником в положении кота.
– Обмануть меня решили? Я сразу же в нем почуял высшего. Поэтому так быстро и согласился на сделку. Пока его не украли из моего зоопарка, я черпал у него силу, а он даже не замечал, до того был силен.
– В любом случае ни вы, ни мы не остались внакладе. Все довольны. Чего теперь вспоминать то, что уже не вернуть? Давайте подождем пару дней, и я помогу вашему сыну с оборотом. Мы слышали, у вас под дворцом есть святилище с источником, можно там и провести оборот.
– Главное, мой мальчик полностью поправится, и я буду за него спокоен. Кто ж знал, что гены предков достанутся моему сыну, а не мне? Я так горд за него. Так горд! Теперь мы заткнем всех аристократов из семерки его светом и силой!
Через четыре дня Алексус был уже в состоянии пройти полный оборот. Тянуть и откладывать нельзя, нужно было торопиться, чтобы принц опять не стал слабеть.
Древо Жизни приняло парня, как и Илью, с распростертыми объятиями. И все прошло хорошо. Энергия Древа плюс сила самого оборотня помогли Алексусу принять облик сначала кота, потом назад - имперца.
Император, увидев все это, поинтересовался:
– Почему кот? Разве высшие не могут обращаться в любого?
– Не знаю. Но и с первым Снежком все было именно так. Может, это такая особенность именно этих оборотней? Или походный облик. А может, самая простая для трансформации форма. Вам как оборотню, ваше величество, должно быть виднее.
– Если бы я знал, то не спрашивал бы. Хватит болтать, у вас одни сплошные тайны. Мальчик устал после оборота. Давайте вернемся назад в лабораторию, и пусть он отдохнет под присмотром ваших ученых еще пару дней. Я отвалил вашей лаборатории такую сумму денег, что хватит целую роту моих солдат отправить к вам на лечение.
– Кто ж спорит, ваше величество? Пусть отдыхает, сколько пожелает, – ответил новый глава лаборатории, и они втроем вернулись назад.
Через два дня император снова наведался в кабинет к главе и сказал:
– Я тут подумал, посмотрел на успехи сына как оборотня и понял, что хочу тоже стать полноценным оборотнем.
– Как?
– Я тоже хочу ДНК Снежка.
– Это невозможно. Вы не понимаете… Ваш сын, его гены, гены клона и вы… Все не так просто, как вам кажется. Вы даже представить себе не можете, на что мне пришлось пойти, чтоб его спасти… Обычные разумные умирали после этого, мы столько раз пытались сделать подобное! Не было ни единого удачного случая. Стопроцентная смертность. А вы по результатам анализов мало чем от них отличаетесь.
– Мой прадед был высшим, – гордо сказал Шэран и с надеждой посмотрел на главу лаборатории. – Во мне, как и в сыне, течет их кровь, только больше разбавленная. Решено! Делайте, как я приказал.
– НЕТ! Ваше величество! А если вы умрете? И даже не просите. Тем более клон умер, слишком его изнурили то заборы крови, то клеток ДНК. У меня есть только два образца – последних.
– Есть же! Все тебе денег мало. Я заплачу. Говори, сколько стоит вернуть мне былое могущество моих прадедов! Жалкий, мелочный танарец!
