— Да! Он сказал, что полиция арестует меня, и так и будет, потому что в «Ривер бенд» я не пошел ни на один воскресный утренний семинар, и у него еще есть мое сообщение на автоответчике, и
— Где ты, Питер? — спрашивает Ходжес. — Где ты сейчас находишься?
Опять пауза, и Ходжес знает, чем занят Питер: пытается сориентироваться. Он прожил в городе всю жизнь, но сейчас так напуган, что не отличит восток от запада.
— Гавенмент-сквер, — наконец говорит он. — Напротив ресторан, «Счастливая чашка».
— Ты видишь человека, который в тебя стрелял?
— Н-нет. Я убежал, и не думаю, что он смог бы меня догнать. Он старый, а по Лэйсмейкер-лейн на автомобиле ездить нельзя.
— Оставайся на месте, — говорит Ходжес. — Мы приедем и заберем тебя.
— Пожалуйста, не звоните в полицию, — просит Пит. — Это убьет моих родителей, после всего пережитого… Я отдам вам записные книжки. Напрасно я держал их у себя и тем более пытался продать. Мне следовало ограничиться деньгами. — Его голос срывается. — Мои родители… они попали в такую беду.
— Я уверен, так и было, но я должен позвонить в полицию. Если ты не убивал Холлидея, улики это докажут. Все будет хорошо. Мы заберем тебя и поедем к тебе домой. Родители там?
— Папа в деловой поездке, но мама и сестра дома. — Пит хватает ртом воздух, прежде чем продолжить. — Меня посадят в тюрьму, да? Они никогда не поверят, что там был этот мужчина с красными губами. Скажут, что я его выдумал.
— Все, что ты должен сделать, это сказать правду, — вмешивается Холли. — Билл не допустит, чтобы с тобой что-нибудь случилось. — Она хватает руку Билла и крепко сжимает. — Правда?
— Если ты его не убивал, все будет хорошо, — повторяет Ходжес.
— Я не убивал! Клянусь Богом!
— Это сделал другой мужчина. С красными губами.
— Да. А еще он убил Джона Ротстайна. Сказал, что Ротстайн продался.
У Ходжеса миллион вопросов, но задавать их сейчас не время.
— Слушай меня, Пит. Очень внимательно. Оставайся на месте. Мы будем на Гавенмент-сквер через пятнадцать минут.
— Через десять, если вы позволите мне сесть за руль, — встревает Джером.
Ходжес его игнорирует.
— Потом мы все поедем к тебе домой. Ты расскажешь всю историю мне с помощниками и матери. Она, возможно, захочет позвонить твоему отцу, чтобы обсудить необходимость привлечь адвоката.
«И мне, возможно, еще
— Хо-хорошо. Приезжайте как можно быстрее.
— Да. — Ходжес отключается.
— Что будем делать с
— Оставим их, — отвечает Ходжес. — Поехали к мальчишке. Мне не терпится выслушать его историю. — Он бросает Джерому ключ от «мерседеса».
— Пасиба, масса Ходжес! — верещит Тайрон Филгуд. — Ентот черный малшик —
— Заткнись, Джером! — хором говорят Ходжес и Холли.
37
Пит со всхлипом набирает полную грудь воздуха, закрывает мобильник. В его голове все кружится, словно в каком-то кошмарном аттракционе в парке развлечений, и он уверен, что говорил как идиот. Или как убийца, до смерти боявшийся, что его поймают, и выдумавший какую-то дикую историю. Он забыл сказать мистеру Ходжесу, что Красногубый когда-то жил в доме Пита на Сикомор-стрит, а это следовало сказать. Пит думает о том, чтобы позвонить Ходжесу снова, но зачем, если тот с помощниками подъедет через считанные минуты?
«Этот тип не пойдет ко мне домой, — говорит себе Пит. — Не сможет. Ему надо оставаться невидимым. Однако может и пойти. Если решит, что я солгал насчет того, что записные книжки в другом месте. Потому что он спятил. Окончательно и бесповоротно».
Пит вновь пытается позвонить Тине, но получает только голосовое сообщение: «Привет, это Тинс, извини, что не могу ответить, говори, что хотел». И звуковой сигнал.
Ладно.
Тогда мама.
Но, не успев ей позвонить, Пит видит подъезжающий автобус, а в окошечке над лобовым стеклом, как дар с небес, — табличка со словом «НОРТ-САЙД». И Пит внезапно принимает решение не сидеть здесь и не ждать мистера Ходжеса. Автобус доставит его домой быстрее, а он хочет оказаться там
Автобус практически пуст, но Пит все равно идет в самый конец салона. И ему не приходится звонить матери — его мобильник звонит, когда он садится. «МАМА» — высвечивается на экране. Пит делает глубокий вдох и принимает вызов. Мать начинает говорить прежде, чем он успевает сказать: «Алло».