Сама не знаю, как меня еще ноги держат. Мне как-то удается не сползти на пол в своем серебристом обтягивающем платье. Я не в состоянии оторваться от картинки. Папа стоит передо мной, говорит что-то, когда до меня начинает доходить, что лишь по чистой случайности эти фотографии разглядывает не он.
Моя прежняя уверенность в том, что пусть бы Клодин растоптала меня, лишь бы Марк с детьми не стали этому свидетелями, исчезает, словно кто-то вытащил затычку из раковины с грязной водой. Я не хочу, чтобы вообще кто-то видел подобные мои фотки…
О господи, в карточке же сказано «родители». Все это «улетело» еще и маме. Стерев дрожащими пальцами картинки, я ищу папины последние вызовы. На дисплее появляется «Маура», и я жму туда пальцем. Пожалуйста, только бы ты не смотрела сообщения.
– Алло, Софи? По-моему, связь прервалась. Я передала телефон Марку, но никакого толку.
– Мам, послушай меня. Ты от меня получала какие-нибудь сообщения?
– Нет… А должна была?
Я облегченно вздыхаю. Вовремя позвонила!
– Это очень-очень важно. Когда закончишь разговор, там, возможно, окажется одно непрочитанное. Я хочу, чтобы ты его стерла не открывая, слышишь? Больше никак подчеркнуть не могу, мам. Ты должна мне обещать, что ради меня не откроешь его.
Воцаряется молчание.
– Мам, ну, пожалуйста, – умоляю я.
– Обещаю, – наконец произносит она. – Мы скоро подъедем. Стой, где стоишь, и не сходи с места.
Я в полном смятении жму на «сброс». Она посмотрит. Уж кто-кто, а мама посмотрит. Снова блокировать телефон нет времени. Да и что толку, когда кто-то там уже дважды его успешно реактивировал?
– Софи! – восклицает отец. – Можешь ты мне все-таки объяснить, что происходит?
Я молча гляжу на него. Нет, папа, не могу, разве что Клодин собирается уничтожить меня. Я возвращаю ему телефон и беру следующий конверт. Смотрю на часы: 20:05.
Лу? Значит, Клодин действительно наняла кого-то следить за мной. О господи, это же просто убьет Лу! Разрушит все! Я в панике оглядываюсь по сторонам, но моей лучшей подруги нигде нет.
– Лу! – кричу я, не обращая внимания на беспокойные взгляды присутствующих.
Откуда-то внезапно появляется Рич в узком черном галстуке.
– Она у портье сдает на хранение твою сумку. Что происходит? И как именно я должен был удержать ее дома? – добавляет он, понизив голос. – Софи, подожди! Нам надо поговорить!
Я бегу к стойке, понимая, что Рич прав. Конечно, там стоит Лу спиной ко мне.
– Лу, мне нужен телефон. Быстрее! – задыхаясь, выпаливаю я. – Можно мне твой взять? Пожалуйста!
Она удивленно оборачивается ко мне.
– Конечно. – Лу лезет в ридикюль, тыкает в аппарат и изумленно восклицает: – Ой, там у меня от тебя сообщение!
Я протягиваю руку и выхватываю у нее телефон, мгновенно стирая сообщение. Лу смотрит на Рича взглядом, вопрошающим «Какого черта?», но тот лишь молча пожимает плечами.
Слава богу, что ему не удалось убедить жену не приезжать. В противном случае она бы уже разглядывала картинки. Я едва не падаю от мысли, что́ могло бы случиться, и меня усаживают на стул. Я сжимаю в руках телефон Лу и конверт.
– Кто-нибудь, принесите ей стакан воды! – слышу я голос Лу, какой-то на удивление далекий. – Софи! – восклицает она. – По-моему, она меня не слышит. Кто-нибудь знает, Марк уже приехал? Надо ему позвонить. – Я чувствую, как она осторожно вытаскивает телефон у меня из ладони.
– Все нормально, – тихо отвечаю я и встаю. У меня осталось еще два конверта.
– Нет, милая, совсем не нормально.
Я отталкиваю Лу и отхожу, надрывая третий конверт и краем глаза видя, как Рич пытается что-то втолковать жене, одновременно загораживая ей дорогу.
Я громко ахаю. Клодин собирается использовать собственных детей, чтобы рассказать Марку, что́ я натворила? Это за гранью болезни – просто злодейство. Я начинаю продираться сквозь толпу гостей. Мне немедленно нужно разыскать Имоджен и детей.
– А Марк знает, что вы здесь? – кричит мне вслед кто-то, по-моему отец Марка. – Может, позвонить ему?
– Не волнуйтесь! – отвечаю я. – Он уже едет.
– Прекрасно выглядите, Софи, – замечает какая-то женщина, которую я не узнаю. По-моему, она одна из руководителей фирмы Марка.
– Благодарю вас! – улыбаюсь я. – Спасибо, что пришли!
Наконец я замечаю Эда. Он сидит в глубоком кресле у камина и с довольным видом подносит к губам бокал с шампанским. Увидев меня, Эд замирает.
– Софи? – бормочет он. – А мы думали…
– Где Имоджен?
– Наверху, в нашем номере. Ей надо покормить Эви, и она решила, что лучше всего им вместе посмотреть телевизор. Имоджен не хотела, чтобы Изабель и Оливье сильно переживали после внезапного отъезда Марка.
– Какой номер?
– Двести восемьдесят восьмой.
Я резко поворачиваюсь и убегаю.
– Ребята, вы просто какие-то странные! – язвит Филипп, еще один коллега Марка, вырастая слева от меня, когда я добираюсь до главной лестницы. – На ум приходят слова «описаться» и «пивоварня»!
