Государство стимулирует рост долговой пирамиды, подтверждал эти выводы экс-министр финансов Украины И. Уманский, нынешняя власть живет одним днем и создает проблемы будущим поколениям: «Однажды возможность гасить старые долги с процентами за счет новых иссякнет. И тогда пирамида как мыльный пузырь лопнет. Так было с МММ… Мы уже понимаем, что долговая пирамида правительства может разрушиться и это кончится коллапсом всей страны. Надо прекратить накопление долга, если мы не хотим вернуться к первобытно-общинному строю»[235].
Из бюджета страны 30–40 % идет на покрытие долга и около четверти на оборонные расходы[236]: у нас в стране, предупреждал в октябре 2020 г. Азаров, «каждая вторая гривна в бюджете заемная…
Положение Украины напоминало ситуацию в Германии 1920—1930-х гг.: тогда «в системе денежного обращения Германии не оказалось ни единой капли ее собственных денег, в течение всего срока «золотой помощи» (по планам американских банкиров Даурэса и Юнга) она, — по словам американского историка Г. Препарата, — дышала на одолженной крови. Теперь, когда мельница была запущена, Германии предстояло жить за счет «потока», как образно выразился Дауэрс в своей парижской речи»[238].
«Наши экономические специалисты и финансовые эксперты… убеждены, что представленный план, снабжения Германии работающим капиталом, лишен здоровой основы, — предупреждал в мае 1919 г. американский президент В. Вильсон, — Как можно снабжать Германию капиталом, лишая ее собственного капитала полностью?»[239]
Эта практика напоминала ту, которая применялась в эпоху «дипломатии большой дубинки» Т. Рузвельта, когда США выступали в поддержку борьбы латиноамериканских стран за свободу от испанских колонизаторов и т. п. После освобождения новому правительству навязывался кабальный кредит…[240] Схожая практика популярна и в наше время[241].
Для своего выживания официальному Киеву нужны были новые кредиты, но закладывать под них ему больше уже было нечего,
И с началом вооруженного конфликта в феврале 2022 г., кредиты действительно пошли на Украину, еще крепче подсаживая ее на кредитную иглу: за первые шесть месяцев 2022 г. госдолг Украины вырос с $98 млрд до $105 млрд[242]. Выплаты по старым долгам были пролонгированы: в августе 2022 г., рейтинговые агентства S&P и Fitch повысили кредитные рейтинги Украины, поскольку кредиторы согласились на реструктуризацию ее долга по еврооблигациям на ~ 24 млрд долл., — отсрочив выплату процентов по этой сумме на 24 месяца[243].
Итог этой «кредитной операции», еще в апреле подводил киевский финансовый аналитик А. Кущ, который предупреждал о росте задолженности Украины с 90 до 120 млрд. долл., поскольку братская «военная помощь» передается ЕС и США Украине в кредит или в рассрочку, и они не хотят даже разговаривать о списании долгов. В то же время ВВП страны в результате боевых действий в 2022 г. упадет до 90—100 млрд., т. е. долг составит более 120 % ВВП. «Это значит, — пояснял Кущ, — что Украина навсегда попадет в долговую яму, и никогда больше не сможет снять с себя «кредитную удавку»»![244]
Мы идем в Евросоюз, чтобы обеспечить наилучшее развитие национального товарного производства.
Финансовая помощь Украине должна была сыграть ключевую роль в переходный период адаптации ее экономики к европейскому рынку, но еще большее значение имело открытие самого этого рынка. Основной надеждой на возрождение Украины была не столько финансовая помощь от ЕС, и даже не безвизовый въезд, а — открытие богатого европейского рынка. Рынок играет главную и решающую роль. Можно совершенно уверенно ответить на знаменитое выражение Ротшильда, своим:
Однако Евромайдан привел Украину не к расширению, а наоборот еще большему сжатию рынка: следствием разрушения экономических связей с Россией, стало 3-х кратное (за 2013–2016 гг.) падение вывоза в СНГ[246]. Но майданный Киев совершено сознательно шёл на эти жертвы, все его надежды были связаны с Соглашением о зоне свободной торговле с ЕС, которое вступало в силу с 1 января 2016 г.
