— Я пыталась вырезать фигурки безопасными ножницами, очень разозлилась и бросила ножницы, а они попали в лицо мальчику, и он расплакался. Я пыталась объяснить, что не целилась ему в лицо, просто кинула ножницы, но никто меня не слушал. Меня отправили в какую-то комнату для провинившихся. Я ждала не знаю сколько, а потом мама меня забрала. Все вещи уже были в фургоне. Значит, мы уже тогда постоянно переезжали, ведь я сразу поняла, что это значит. Я хорошо помню, потому что очень разозлилась. Разозлилась на всех, кто меня не слушал, когда я пыталась объяснить, что это случайность. На мать, которая решила, будто я такого натворила, что единственный выход — бежать. Не знаю, почему она так решила. Все-таки я была просто детсадовцем, и меня всего лишь отправили в кабинет директора — никакой полиции, ничего такого.
— Ты помнишь, где это случилось?
— Там было жарко. Воздух липкий. До следующего города мы ехали почти целый день. И кажется, у штата было двойное название, типа Северная Дакота или Южная Дакота.
Я рассказала Рейчел, как раз за разом попадала в неприятности, пока не научилась просто затыкаться, а не злиться. Рассказала про девочку в первом классе, которая подошла ко мне и сказала: «Слышала, ты живешь над химчисткой». Ее звали Энджи, у нее был идеально ровный пробор и две толстых блестящих косы, волосок к волоску. Рассказываю, как в тот раз решила, что это стоит переезда, и выдрала у Энджи хороший клок волос и так и не выпускала его из кулака, когда мы уже ехали в фургоне в другой город.
Когда мы снова дошли до Джули, я вспомнила, что мы жили в том доме летом, а потом мама сказала, что хочет уехать до наступления осени. Мы въехали сразу, как только закончился учебный год, и уехали прямо к его началу. Джули говорила, что у нас будет миссис Зигмиллер, старая карга, но со мной в классе будет не так страшно. Может быть, поэтому мама и захотела уехать до начала школы. Скорее всего, я бы не поладила с учительницей, которую заранее называют старой каргой.
— Юта, — сказала я вдруг. — Джули жила в Юте.
И тут я вспомнила свой восьмой день рождения: я умоляла маму съездить к Джули в качестве подарка, но мама не разрешила и вместо этого отвела меня в парк аттракционов. Не помню его название, но помню, что там были огромные качели над водой и горка, которая казалась абсолютно вертикальной.
— Ладно, давай посмотрим фотографии, — сказала Рейчел.
Я подсела к ней, и мы стали искать в интернете картинки горок, которые идут вверх вертикально. Ни одна даже отдаленно не была похожа на мое воспоминание, и ни в одном парке не было гигантских качелей над водой. Чем дальше, тем больше мне казалось, что я все придумала.
— Ты хотя бы помнишь парк аттракционов, — сказала Рейчел. — Попробуй вспомнить штат, где это все было? Тогда будет проще искать…
— Я кое-что нашла в документах, хочу посмотреть в интернете, — ответила я.
Хочу Марианна оказалась программистом, работала в Бостоне. В ее резюме была фотография. На вид она была маминой ровесницей, наверное. Я закрыла страницу.
— Вот блин, смотри, — сказала Рейчел и повернула ко мне экран своего компьютера. Она набрала в поиске «Стефания Квиннпэкет» и открыла первую же страницу.
Это был очень простой сайт под названием «В поисках Стефании Квиннпэкет». Под заголовком — фотография щекастого младенца с темными волосами и недоверчивым лицом. Теоретически, это могла быть я.
«Стефания Квиннпэкет — моя шестнадцатилетняя дочь. Мать забрала ее и пропала, когда ей было четыре. Моя бывшая жена мстительна и наверняка настраивает дочь против меня и рассказывает всякие ужасы о нашей совместной жизни. Я хотел бы восстановить связь со Стефанией. 1000 долларов за любую информацию».
Рейчел уставилась на экран.
— Как думаешь, это правда?
Я покачала головой, вспоминая все, что знаю об отце: поджог, сталкинг, тюрьма.
— Он в тюрьме сидел.
— Ты уверена? Может, тебе просто мама так сказала.
А была ли я уверена? Мама показывала мне вырезку из газеты, но их ведь можно подделать. Рейчел зачитала страницу про похищение детей родителями. Описание очень напоминало мою жизнь: частые переезды, вымышленные имена, никаких обращений к врачам…
И тут вдруг я вспомнила, что в вырезке из газеты, которую мне показывала мама, отца называли Тейлор, как нас.
Но его фамилия Квинн. Статья поддельная.
БураяЛетучаяМышь: Я тут выяснила, что меня на самом деле по-другому зовут.
Джорджия: Стеф я правильно все делаю?
БураяЛетучаяМышь: В чате ты должна звать меня БЛМ, Джорджия.
Джорджия: ой да прости. БЛМ расскажешь им про сайт
БураяЛетучаяМышь: Сначала объясню про свидетельство о рождении. Я нашла свидетельство о рождении с моим именем, но чужой фамилией. Стефания Квиннпэкет. А Джорджия нашла сайт
Firestar: ОГО
Гермиона: Это точно ты на фотографии?
Джорджия: Почти наверняка она. Подбородок такой же.