- Живо-о-отные... - презрительно протянула Галитея Прекрасная, довольно улыбнулась и еще раз переглянулась со своей служанкой.
***
Ночью в покои спящего императора пробралась тень. Она нависла над его беззащитным телом, склонилась к расслабленному лицу и прошептала:
- Эдииик!
Император вздрогнул и вскинулся, нащупывая своего медвежонка, с которым всегда спал.
- Лиз? - испуганно спросил повелитель драконоборцев.
- Ага.
- Что ты здесь делаешь?
- Пойдем, я тебе кое-что покажу.
- Лиз, ты же знаешь, что я тебя больше не люблю. А если ты будешь мне надоедать, я же и драконом могу объявить!..
- Знаю, знаю... Идем.
- Куда? - Эдуард нервно прижал к груди медвежонка.
- В покои твоей царицы. Покажу тебе кое-что.
Эдуард, недоверчиво озираясь по сторонам, последовал за своей бывшей женой. Выходя из покоев, он заметил двух храпящих стражников.
- Что ты с ними сделала? - потребовал он ответа.
- Ааа, - отмахнулась Лиз, - снотворное. Не бойся, если бы я хотела, то убила бы тебя, когда мы были еще женаты. Теперь-то, какой смысл?
- И правда... - проворчал император.
Подобрав полы ночных рубашек, они бесшумно ступали по восточным коврам, устилавшим дворцовые коридоры.
При входе в комнаты царицы Галитеи император и его бывшая жена остановились. Женщина вытащила из прически шпильку, открыла ею замок и незаметно скользнула вовнутрь. Эдуард последовал за ней.
На балконе, залитом лунным светом, стояла Галитея Прекрасная.
- Ну и что? - раздраженно прошептал Эдуард, обращаясь к Лиз.
- Ш-ш-ш... - та прижала палец к губам.
Вдруг фигура царицы стала преображаться. Стройная фигуристая женщина увеличилась, обзавелась гребнем, рогами, зубами и прочими драконьими причиндалами, расправила широкие крылья и взмыла в воздух.
- Мать моя женщина... - пробормотал изумленный император.
- А то ж! - победоносно заключила Лиз.
На следующее утро в подземелье драконов на десять узников стало больше. Царица Галитея Прекрасная вместе со своими фрейлинами была безжалостно брошена в каталажку.
Часть 10
Дракон-человек смотрел на громаду возвышающегося вдали замка императора Эдуарда I.
Вот уже который месяц Ройр не мог вернуть себе драконье обличие. Он понятия не имел почему. Незаметно следуя за войсками драконоборцев, он все ждал того момента, когда вновь обретет драконью мощь, способность летать и огненное дыхание, только этого не происходило. А как действовать, не имея нормальных зубов, когтей, бронированной кожи и передвигаясь на своих двоих по земле со скоростью бодрой улитки? Почему же превращения не происходит? Может он недостаточно успокоился?
В надежде обрести душевное равновесие и вместе с ним привычное тело, Ройр сходил в восточные земли, отыскал ту самую лесную колдунью и убедил ее сделать еще одну бочку зелья (в долг - сокровищ при нем сейчас не было). Он хлебал успокоительное пузырек за пузырьком, однако добился только состояния всепоглощающего пофигизма. Спасение Абигейл и старших перестало казаться первоочередным, а гораздо более важными представлялись такие проблемы, как устройство вселенной, смысл жизни и идеальная система налогообложения в феодальном обществе.
Когда бочка закончилась, Ройр тут же отправился за второй. Он молил кудесницу дать ему еще зелья, хотя бы флакончик, хотя бы полфлакончика, но старая ведьма была неприступна, как скала, на которой возвышался его драконий замок.
Назвав Ройра "алкашом проклятым", она захлопнула дверь перед его носом. И бедному дракону пришлось испытать на себе все прелести похмелья. Когда же Ройра наконец перестали мучать его голова и желудок, за дело взялась совесть:
- Пока ты тут дурью маялся, с Абигейл могло что угодно случиться!
- Но что я один, да еще и в облике человека, мог сделать против огромной армии! - возражал Ройр самой вредной из всех существующих грызунов-вредителей - своей совести, - Тут даже старшие сплоховали!
Та не унималась:
- Если бы тебе была дорога Абигейл, ты мог бы что-нибудь придумать!
- Я и думал! Но у этого чертового императора пушки, шпионы, идеология и шикарная служба безопасности. Если бы я стал спешить - угодил бы в плен, как и остальные!
- Ой, всё!.. - заканчивала спор совесть, снова принимаясь молча грызть его изнутри.
Итак, Ройр стоял на холме, вглядываясь вдаль и пытаясь придумать приемлемый план спасения. Будь он менее склонен к размышлениям, уже б давно ринулся в бой, победил бы императора и спас принцессу... ну или пал смертью храбрых. Но Ройр, как истинный мудрый дракон, просчитал сто тридцать два варианта, вероятность их успеха и провала, дисперсию и среднеквадратичное отклонение подобных инцидентов в историческом контексте. Потом умные варианты кончились. А в голову стали лезь избитые шаблонные шаги по вызволению томящейся в заточении принцессы.
И потомственный дракон явно чувствовал себя не в своей тарелке, ведь до сих пор он был как раз с другой стороны - в качестве злодея - похитителя принцесс...
Шаг первый - прийти к замку или пещере злодея и орать: "Выходи, чудище поганое, на смертный бой!"