Воскресенье, девять вечера. Уже несколько часов, как Макс должен был находиться в Вашингтоне, но его терзало смутное беспокойство. Слишком многое в последнее время шло не так. Две кражи. Потеря дома в Каррпорте. Возникшие сложности с процедурой банкротства, которых он никак не ожидал. Чокнутый детектив из Нью-Йорка, втемяшивший себе в голову, что он сам подстроил ограбления собственных домов, и рывший землю в поисках чего-нибудь незаконного на Макса. Словно какое-то черное облако висело над его головой, смущая и выводя из душевного равновесия.
В этот час кондоминиум Макса на острове Хилтон-Хэд был темным и пустым, если не считать просторной гостиной, где при свете двух настольных ламп на широком матерчатом диване сидел хозяин. Секретарша, которая должна была помочь составить завтрашнее выступление в Конгрессе, уже ушла, оставив его в одиночестве. В гостевом доме, расположенном в полумиле отсюда, ожидал шофер. Кондиционер гнал приятную прохладу, а через широкие раздвижные окна открывался отличный вид на Атлантический океан. Бледная луна на темном небе отражалась в черной водной глади яркими вспышками, словно в броне неведомых крошечных рыцарей.
На стеклянном журнальном столике перед Максом лежала «И Чинг», Книга. Он хотел найти там подсказку, что делать в нынешней непростой ситуации, но никак не решался. Но почему? Прежде он никогда не боялся узнать свое будущее. Наоборот, это являлось для него своеобразным десертом, скромными чаевыми, которыми судьба вознаграждала его после особо резких своих поворотов. Так чего же он боится теперь?
Наконец, решившись, он положил в стаканчик три блестящие медные монетки, шесть раз потряс его и совершил бросок. Триграмма в верхней части гексаграммы показала Радость, символ его «ТЮИ», с линией, указывающей на девятку на четвертой позиции, в нижней — «Чжень» или Гром, а число гексаграммы равнялось 17, и имя ему было — Преследователь.
Преследователь? Макс не мог припомнить, чтобы преследовал кого-то в этой жизни. Может быть, кто-то преследует его? Или следит за ним? Хорошо это или плохо? И кто это может быть: нью- йоркский детектив Клемацки, незадачливый грабитель или чертов судья по делу о банкротстве?
Макс склонился над книгой. Итак, Преследователь.
Да-да, он неоднократно убеждался, что Книга всегда точно показывает слова, нужно было только правильно их интерпретировать. Допустим, отсутствие вины означало, что суд закончится благополучно для него, если он проявит настойчивость. Но последняя была неразрывно связана с неким Преследователем, и, только поняв эту связь, он сможет преуспеть.
Возможно, толкование Образа что-то прояснит.
Гм-м-м. Книга часто упоминала о Сильнейшем, и Макс всегда считал, что это относится к нему. Когда Книга указывала, что Сильнейшему нужно на что-то обратить внимание, он обяза-
тельно следовал совету. Когда Книга советовала Сильнейшему смело двигаться вперед, он безоглядно пер напролом. Но что значит «Сильнейший заходит внутрь»? Да еще в сумерках? Сейчас, кстати, были сумерки, и он сидел внутри помещения.
Макс продолжал читать. Комментарии составителей Книги, обычно очень полезные, в этот раз казались ему чуть ли не бессмысленными. Так, предполагалось, что в жизни за временем для работы всегда следует время для отдыха, и Сильнейший должен следовать этой установке. Но Макс весь день проторчал на Хилтон-Хэд вместе с секретаршей, одинаково компетентной в обеих областях. Кто бы ему объяснил: было это работой или отдыхом?
Или Книга просто указывала на текущую ситуацию, как установленный в общественном месте указатель с картой и стрелкой, гласящий: «Вы Здесь». Тогда основной смысл приобретала линия, указывающая на девятку на четвертой позиции.
А это еще что такое? Минуту назад он узнал, что настойчивости сопутствует успех. Теперь же составители Книги утверждают, что настойчивость ни к чему хорошему не приведет, а Сильнейший должен стать искренним, что было явно не в натуре Макса.
Макс перешел к следующему разделу книги, где давалось толкование описанию линий:
