Анализируя это выступление И.Н. Дубового, можно сделать некоторые выводы. Во-первых, он выступил достойно, содержательно, по существу повестки дня. Во-вторых, в его выступлении в достаточной мере было критики и самокритики. Даже элементы самобичевания не выглядели искусственными и вымученными, как у некоторых других выступавших. В-третьих, в выступлении содержалась не только критика, но и деловые предложения. В-четвертых, выступавший, т. е. И.Н. Дубовой, до конца доклада сохранял свое лицо и не провозглашал здравиц в честь вождя партии И.В. Сталина, в честь НКВД и наркома обороны, как это делали другие. Что, безусловно, делает ему честь.
Еще большее потрясение от прочитанных и услышанных материалов испытал М.П. Амелин – начальник политуправления Киевского военного округа. Он даже пытался покончить жизнь самоубийством. Но не успел или не сумел этого сделать – был арестован после первого дня работы Военного совета (1 июня). Все эти подробности известны из выступления комкора Н.Н. Криворучко – заместителя И.Э. Якира по кавалерии.
«КРИВОРУЧКО… Если т(оварищ) Горячев сказал, что Уборевич не пользовался большой симпатией среди начальствующего состава, то уже это одно есть плюс, в связи с тем, что действительно Уборевич никого не мог ввести в заблуждение, не мог ввести в заблуждение массы, а вот Якир, – я смело заявляю, – что Якир, если не на все 100 %, то процентов на 70–75 пользовался большой популярностью и большой симпатией среди начальствующего состава… Я по чистой совести скажу, Якиру я доверялся, считал его своим учителем, своим командующим и недурным командующим… Я разговаривал и делился по этому вопросу и со своим помполитом, и с т(оварищем) Амелиным, хотя на сегодняшний день я не имею права сказать – т(оварищ) Амелин.
СТАЛИН. Он арестован, к сожалению.
КРИВОРУЧКО. Точно так. Если бы вчера не предусмотрели, то он бы застрелился. Я считаю, что он самый настоящий подручный Якира. Я не говорю, что он политически высокограмотный и понимает, что такое троцкизм и куда троцкизм ведет, но из-за того, что Якир его сделал начальником политуправления округа, он притянул его к себе, как солдафона. Он вчера, когда прочитал эти показания, страшно взволновался. Наш начальник академии т(оварищ) Кучинский (комдив Д.А. Кучинский до 1936 г. был начальником штаба Киевского военного округа, а затем назначен начальником Академии Генерального штаба РККА. –
Военный совет свою работу закончил, и его члены возвратились на свои места. Возвратился в Харьков и Иван Дубовой. А между тем волна арестов нарастала и ширилась, в том числе и в Харьковском военном округе. Аресты шли как в войсках округа, так и в его штабе. 30 июня был арестован ближайший помощник И.Н. Дубового – начальник штаба округа комдив П.Л. Соколов-Соколовский. Прошла неделя, и он уже давал «признательные показания».
Петра Лукича, 1894 г. рожд., бывшего нач. штаба ХВО -
комдива, по соц. происхождению сын псаломщика,
служил офицером в гетманской и петлюровской армиях,
член ВКП(б) с 1919 г., исключен в связи с арестом по
наст. делу.
Допрос от 8 июля 1937 года.
ВОПРОС: Вы обвиняетесь в участии в антисоветском военно-троцкистском заговоре. Признаете себя виновным?
ОТВЕТ: Да, признаю себя виновным в том, что являюсь участником антисоветского военно-троцкистского заговора.
ВОПРОС: Кем, когда и при каких обстоятельствах Вы были вовлечены в заговор?
ОТВЕТ: В антисоветский военно-троцкистский заговор я был завербован в июле 1935 года командующим Киевского военного округа Якиром в его служебном кабинете.
С Якиром я знаком с 1922 года, когда я командовал 134 полком 45 дивизии, а затем я уехал учиться в Военную академию, откуда был в 1927 году направлен в Витебск нач. штаба 27 дивизии. В 1929 году там же в Витебске я был разоблачен особым отделом как офицер гетманской и петлюровской армии, что я до этого всячески скрывал. К этому времени проходила чистка рядов ВКП(б) и у меня был задержан парт. билет, возвращенный мне через недели три с объявлением строгого выговора.
ВОПРОС: А в других политических партиях Вы состояли?
ОТВЕТ: Да, я в 1920 г. состоял в партии “боротьбистов”.
