Дружок Джон врезал плюгавому кулаком, и тот свалился, запутавшись в шторе. Куцый закричал и дернулся, но Кол поймал его за шкирку и приставил к пузу тесак.
— Давай, показывай жилище.
Следующий час в трактире было шумно. Кол с дружками обшаривали дом. Братьев Баклеров водили за собой. Кол распахивал двери каждой комнаты и требовал: «А ну, тычьте пальцем». Куцый попытался вывернуться и убежать — его избили. Плюгавый делал вид, что не понимает. Его тоже избили, затем у него глазах перевернули и растрощили топорами всю мебель в комнате. Откуда-то выпала агатка, забытая прежними гостями. Джон ткнул ею в нос плюгавому Баклеру: «Вот». Схватил плюгавого за ухо, переволок в следующее помещение: «Ткни пальцем». После трех разгромленных комнат и трех кругов побоев хозяин трактира смирился. «Там, в шухляде… И в щели за шкафом… И…»
Все найденные ценности стаскивались вниз, в каминный зал. Кол с дружками не брезговали ничем. Столовые приборы, часы, канделябры, кубки, монетки любого достоинства сваливались в груду возле камина. Путники растерянно смотрели, не веря глазам. Мэтт и Рина попытались вмешаться:
— Кол, Джон, прекратите! Что вы делаете?.. Так нельзя!
Второй дружок Кола показал им топор. Инжи придержал молодых за плечи:
— Не встревайте, ребята. Пускай парни пограбят немного, душу отведут. Они ведь тоже, как вы, — дезертиры. Ничего, поди, хорошего не видели от самого начала войны. А тут хоть какая-то радость.
— Нельзя так! — возмутилась Рина. — Это же разбой, преступление! Мы должны их остановить!
Кто-кто, а Инжи Прайс не собирался ничего останавливать. Во-первых, с божьей помощью Кол насытится добычей из трактира и не позарится на самих беженцев. Во-вторых, чем больше свершится разгрома, тем скорее дезертиры захотят покинуть трактир. Это тоже на руку: кому-кому, а Инжи Прайсу никак нельзя засиживаться на месте.
— Спокойнее, милые мои, — увещевал Парочка молодоженов. — Считайте, что это бескорыстная помощь Альмеры вашему родному Южному Пути. Путевцы пострадали от войны, альмерцы — нет. Так отчего же не взять чуток альмерских денег и не переложить в путевские карманы?
— Верно говоришь, дед! — ухмыльнулся Джон и мимоходом пнул под ребра лежащего куцего.
— Чертовская правда! — воскликнула Анна Грета. — Чего это все только нас грабят? Пускай теперь наш черед!
— Что ты говоришь, голубка?.. — ужаснулся муж.
— Хочешь быть нищим — так и сиди. А мне надоело!
Она присоединилась к дезертирам, шарящим по дому. Кол хотел ее прогнать. Ростовщица дала пару ценных советов: «Возьмите зеркало — денег стоит! Ножи эти бросьте, в них серебра на слезу… Снимите часы с маятником. Ничего, что большие — выньте механизм!» И Кол расположился к ней: «Молодца, детка. С тебя есть толк».
Парочка наблюдал за крошкой Джи. К его радости, девчушка выказывала меньше испуга, чем интереса.
— Почему дядя Кол бьет и грабит? Он что, пират?
— Дезертир. Ну, это похоже на пирата.
— А он хороший пират или плохой?
— Средний, — покачал рукой Инжи.
— А хозяева трактира — они плохие? Наверное, плохие, раз их так побили!
— Очень мудрая вера. Держись ее, детка.
Инжи потрепал волосы девчушки. Она улыбнулась от удовольствия. Поди, нечасто перепадали нежности на ее долю.
Наконец, разгром подошел к концу. Все три дезертира вернулись в зал, притащив с собой чуть живого Баклера. Расселись у огня, наслаждаясь видом кучи трофеев. Кол вытащил из груды арбалет и «козью ножку». Взвел и зарядил оружие, прицелился, всадил болт в ноздрю кабаньей головы над окном.
— Метко бьет. Хорошо, что ты не взял его, когда вышел нас встречать, — Кол потрепал куцего по опухшей щеке. — Теперь давай-ка, позаботься о гостях. Иди, налей нам винца и сообрази чего-нибудь поесть.
Куцый послушно засеменил в угол зала, открыл дубовый бар, чудом не подвергшийся опустошению.
— В-вам… какого винца?
— Видали: он спрашивает, какого винца? Правильно, так служить! Самого крепкого давай.
— Есть х-ханти…
— П-подойдет, — перекривлял его Кол.
Похлебывая нортвудскую настойку, грабители взялись за дележ добычи. Джон, второй дружок и Анна Грета стали рыться в груде, выбирая вещички поценнее. Кол остановил их:
— Сделаем иначе. Анна Грета, ты ж, вроде, ростовщица? Знаешь, что почем? Вот ты и продашь все вещи подороже, когда будем в Алеридане. А деньги уже поделим.
Кол открыто назвал пункт назначения, это было очень скверным знаком для братьев Баклеров. Однако они не уловили истинного смысла. Кол повернулся к Инжи:
— Ты, каторжник, что-то не очень помогал нам.
— Ка-аторжник? — разинула рот кроха.
— Не поспел за вами, — пожал плечами Инжи.
— Останешься без добычи.
— Я не в обиде.
— Ишь…
Кол вперил взгляд в Рину с Мэттом:
— А вы, вроде, что-то там тявкали?
Прежде, чем крестьяне дали ответ, Анна Грета привлекла внимание Кола:
— Посмотри-ка: в этой куче не хватает кой-чего. Вещей много и денег тоже, но все — мелкие. Серьезный хозяин хранит средства в монетах покрупнее. Или в векселях…
— Благодарю, голуба.
Кол кивнул Джону, и тот взял за грудки плюгавого:
— Где остальное?
— Нехорошо, — выдавил Баклер, — не надо.
