— Просто дезертиры… — сказал ростовщик, пытаясь успокоить себя этим вот «просто». — Все равно опасненько…
— А по-моему, очень даже ничего!
Кол подбросил на ладони кошелек пленника — приятный увесистый звон. Развязал тесемки, высыпал монеты — несколько эфесов серебром. Все, даже раненые, прилипли глазами к деньгам. Оба дружка потребовали сейчас же разделить добычу. Анна Грета потребовала все себе, раз уж в прошлый раз ее обделили. Кол огрызнулся: молчи, баба, пока цела. И на своих прикрикнул: ты, колотый, радуйся, что жив; а ты, битое яйцо, коль очухался, иди во двор и притащи чертов труп офицера! У него в карманах еще поболе найдется! Раненый притих, побитый без особого желания побрел к выходу.
Инжи склонился над пленником.
— Гляди-ка, кроха, — сказал он малютке Джи, как сказал бы дочке. — Странный это солдат, а странности всегда нужно подмечать. Все, что нашлось у него, — оружие да кошель с монетами. А где медальончик — подарочек любимой? Где оберег на счастье, щепотка зелья от дурной крови? Где мамкино письмецо, иконка Заступницы, дорожная грамота с подписью полковника? Где фляга с косухой, наконец?.. Воины таскают в карманах кучу вещей — мало ли, что пригодится. А у этого — лишь монеты да оружие.
— Он пират?.. — с надеждой спросила Джи.
— Он оставил барахло в седельных сумках, — фыркнул Кол. — Эй, Джон, проверь лошадок!
Побитый дружок Джон долго не отвечал — только веяло холодом от раскрытой двери, да шаркали шаги по крыльцу. Наконец, раздался голос:
— Кол, послушай… Труп исчез.
— Как исчез?
— Нет его. Ни на крыльце, ни рядом.
— Я всадил болт меж его ребер! По-твоему, он мог встать и уйти?!
— Тьма знает… Может, кольчуга спасла…
— От арбалетного болта?! Баран, найди труп, пока я не разозлился! Глянь под крыльцом — вдруг туда заполз.
Кто-то сказал:
— Послушайте меня…
Голос — грубый, слегка охрипший — шел от самого пола. Пленник лежал с открытыми глазами.
— Ах, очнулся! — Кол подсел к нему. — Тогда говори: ты дезертир? Из какого полка? Сколько вас — двое? Есть что ценное, кроме оружья да монет?
Пленник ухмыльнулся — снисходительно, насмешливо, будто это не он лежал связанный, и не у него из-под ключицы толчками выплевывалась кровь.
— Глупые вопросы, бандит.
Кол наступил каблуком ему на рану.
— Глупые, говоришь?
Пленник скрипнул зубами, но не застонал. Ухмылка стала кривой, но не исчезла.
— Вопросы тупого барана.
— Тупого, говоришь?
Кол занес сапог над лицом пленника. Тот все еще ухмылялся. Инжи крепко не нравилась эта ухмылка.
— Погоди, Кол.
Парочка отодвинул бандита и присел возле пленника:
— Будь другом, скажи: какой вопрос — не глупый?
Пленник хрипло хохотнул:
— Куда бежать.
— От кого бежать? Твой напарник мертв, а ты ранен и связан…
— Совсем не мертв. Сейчас он скачет к нашим. За пару часов вернется. Если вы не кретины, то бросите все — трактир, фургон, припасы, — прыгнете на коней и помчитесь, что есть духу. А заботить вас должно одно: в какую сторону скакать, чтоб не навстречу нашим? Развяжите меня — отвечу.
Кол загоготал. Раненый дружок заржал в унисон. Анна Грета издевательски фыркнула.
Но Инжи не чувствовал веселья.
— Кто такие «ваши»? Имперская гвардия?
— Развяжите меня. Дайте уйти и сами бегите. Каждая минута на счету, дурачье!
— Возможно, мы последуем совету, но только после того, как ты скажешь: кого нам бояться?
Пленник оскалился:
— Смерти.
— Ну, хватит! — не выдержал Кол. — Никто никуда не скачет! Твой дружок давно сдох! Джон, ты нашел труп?.. Джо-он!
Снаружи не донеслось ни звука.
— Джо-он?.. — повторил Кол.
Ответом раздался глухой стук — в ставень окна, выходящего на задний двор. Рина вздрогнула от неожиданности, крошка юркнула за кресло.
— Джон, какого черта ты там делаешь!
Кол поднял фрамугу и распахнул ставни. Морозная ночь ворвалась в комнату, затрепетал огонь в камине.
— Ты где, яйцо битое?!
Что-то длинное, влажное влетело в окно и ляпнуло Кола прямо по лбу. Он отшатнулся, и второй предмет залетел в комнату, шлепнулся на пол. Женщины завизжали, плюгавый посинел и зажал рот ладонью. То была человеческая рука, отрубленная у локтя. Настолько свежая, что пальцы еще дергались в судороге.
В следующий миг Инжи сидел за креслом, рядом с Крохой, но, в отличие от нее, сжимал арбалет, взводя тетиву. Все прятались по углам, выпучив глаза от ужаса. Кол с ножом наготове глядел в черную дыру окна, не решаясь высунуть руку и захлопнуть ставни.
— Дай мне болт, — прошипел Инжи.
Кол бросил ему подсумок, Парочка вложил болт в паз, прицелился в окно.
— Закрывай.
Дезертир осторожно шагнул к проему. Рванулся — захлопнул ставень. Рванулся — второй. Задвинул шпингалеты, грохнул фрамугой. Выдохнул. Сделал шаг — и чуть не поскользнулся, наступив на руку Джона.
— Чертова тьма!..
Плюгавого хозяина трактира громко, муторно вырвало. Едкий запах блевотины отрезвил людей и развеял панику. Все понемногу приходили в себя.
— Он это… не поскакал за подмогой, — сказал муж Анны Греты. — Значит, бояться нечего…
— Он всего один! — воскликнула Анна Грета. — Парни, вас тут семеро. Выйдите и прикончите его!
Мужчины переглянулись.
— Убейте! — повторила ростовщица.
