– У вас ко мне дело? – радостно осведомился он.
Хитрый мистер Даррелл знал, что адвокаты из Англии не путешествуют на материк без веских причин, которые необходимо обсудить, – и эти причины непременно финансового свойства.
– Ну, не совсем к вам. К одному человеку из вашего персонала.
Приветливая улыбка мигом отправилась на холодное хранение.
– Из моего персонала?
– Да.
– Тогда почему вы беспокоите меня?
– Потому что не смог найти этого человека по домашнему адресу. Мне сказали, что она работает здесь.
– Она?
– Ее зовут Астрид Лемэй.
– Вот как? – Он резко принял рассудительный вид, как будто хотел помочь. – Астрид Лемэй? Работает здесь? – Он задумчиво нахмурился. – У нас много девушек, но это имя… – Он покачал головой.
– Мне так сказали ее друзья, – запротестовал я.
– Какая-то ошибка. Марсель?
Змееподобный мужчина со своей презрительной улыбочкой заявил:
– Здесь нет никого с таким именем.
– Может, раньше работала у вас?
Пожав плечами, Марсель подошел к шкафу для хранения документов, извлек папку и положил на стол.
– Здесь все девушки, которые работают сейчас или работали в течение последнего года. Посмотрите сами.
Я не воспользовался предложением, а сказал:
– Получается, меня неправильно информировали. Вынужден извиниться за доставленное беспокойство.
– Наверное, вам стоит поискать в других ночных клубах. – Даррелл, как и подобает типичному магнату, уже углубился в бизнес – что-то помечал на листе бумаги, давая мне понять, что прием окончен. – Всего хорошего, мистер Гаррисон.
Марсель уже направился к двери. Я последовал за ним, а на пороге повернулся и улыбнулся виновато:
– Мне правда очень неудобно…
– Всего хорошего. – Даррелл даже не потрудился поднять голову.
Я опять смущенно улыбнулся, а затем вежливо затворил за собой дверь. Отличную дверь – прочную, звуконепроницаемую.
Марсель, стоявший в коридоре, снова одарил меня презрительной ухмылкой и, не удостоив ни словом, надменным жестом велел шагать впереди. Я кивнул, а когда поравнялся с ним, ударил в солнечное сплетение, не пожалев сил и получив изрядное удовольствие. Этого должно было хватить, но для страховки я врезал еще раз, сбоку по шее.
Затем достал пистолет, привинтил глушитель, ухватил поверженного Марселя за воротник пиджака и потащил к двери кабинета, которую открыл рукой с пистолетом.
Даррелл оторвал взгляд от стола. Его глаза расширились до предела, допускаемого складками жира, в которых они утопали. В следующий миг лицо окаменело – так бывает, когда его владелец пытается скрыть свои мысли или намерения.
– Спокойно, – сказал я. – Никаких хитрых фокусов. Не тянись к кнопке, не нажимай выключатель на полу и, ради бога, не будь настолько наивным, чтобы хвататься за пистолет, который наверняка лежит в верхнем правом ящике, ведь ты правша.
Даррелл не осмелился на хитрый фокус.
– Отъедь вместе с креслом на два фута назад.
Он отъехал на два фута.
Я уронил Марселя на пол, затворил дверь, провернул в замке очень затейливой формы ключ и спрятал его в карман.
– Встань.
Даррелл поднялся. Ростом он был не выше пяти футов, а комплекцией здорово смахивал на лягушку-быка. Я кивнул на ближайший из двух больших сейфов:
– Открой.
– Так вот что это такое?
Он отлично владел лицом, а вот голосом – похуже. Я уловил слабый оттенок облегчения.
– Ограбление, мистер Гаррисон?
– Подойди, – скомандовал я.
Он подошел.
– Тебе известно, кто я?
– В смысле? – Взгляд стал озадаченным. – Но вы же сами сказали…
– Что моя фамилия Гаррисон. Так кто я?
– Не понимаю…
Он взвизгнул от боли и зажал пальцем кровавую ссадину, оставленную глушителем.
– Кто я?
– Шерман. – Во взгляде и хриплом голосе появилась ненависть. – Интерпол.
– Открывай сейф.
– Это невозможно. У меня только половина комбинации, вторая у Марселя…
Новый вопль получился громче, а ранка на другой щеке – значительно крупнее.
– Открывай.
Он набрал комбинацию. Сейф был квадратный, примерно тридцать на тридцать дюймов; в него поместилась бы прорва гульденов. С другой стороны, если правдивы слухи о «Балинове», эти робкие шепотки об игорных залах в подвале и о весьма особого рода представлениях там же, а еще о бойкой розничной торговле товарами, которых не увидишь в обычных магазинах, то вряд ли это хранилище было достаточным для выручки.
Я кивком указал на Марселя:
– Малыш нам тут не нужен. Запихни его в сейф.
– В сейф? – ужаснулся Даррелл.
– Не хочу, чтобы он очухался и встрял в нашу дискуссию.
– В дискуссию?
– Запихивай.
– Он же задохнется! Десять минут, и…
– Я еще раз тебя попрошу, но прежде прострелю коленную чашечку, чтобы ты впредь не ходил без клюки. Веришь?
Он поверил. Надо быть круглым дураком, чтобы не понять, когда твой собеседник перестает шутить. Даррелл не был круглым дураком, а потому запихнул Марселя в сейф. Нелегкая ему выпала работенка, наверное самая трудная за многие годы, и пришлось изрядно попотеть, устраивая Марселя на крошечном полу сейфа так, чтобы удалось закрыть дверь.
