— Ты меня разводишь, — разочарованно сказала Мартта. Двухпалубная плавучая база выглядела заброшенным отголоском какой-то истории, возможно, интересной и захватывающей, но она не настроена её слушать. — Признавайся, база — бывший музей? Если хотел меня впечатлить, то знай, у тебя получилось.
Мартта поморщилась при виде прогнившего и обшарпанного трапа, ведущего на палубу. Часть судовой лестницы, выдвинутая на блок, образовывала с другими квадрат, внутри которого была пропасть. Не хватило ли плит или их растаскали, девушка не жаждала в это вникать.
Макситали взял небольшой разбег, ловко перепрыгнул через пропасть, приземлившись на трап. Мартта дёрнула плечами от раздавшегося скрежета. Он упёрся руками на перила, скрестил ноги и поднял на неё взгляд полного негодования.
— Я задавал тебе вопросы, когда вскапывал могилы?
— Нет.
— Вот именно — нет. А знаешь почему? Потому что доверяю. Я никого сюда не водил, но для тебя сделал исключение. Я пытаюсь помочь, ведь знаю, как тяжело проходить испытания, подкидываемые жизнью, одному. Не Лаура спасла тебя из Вуолы, а я! Не кажется ли тебе, что я заслужил хотя бы каплю доверия? — немного раздражённо произнёс он.
— Максим, я…
— Я устал и иду отдыхать. Захочешь присоединиться, знаешь, где меня искать.
Макситали развернулся, убрал руки в карманы и зашагал по трапу, широко улыбаясь, как Чеширский кот. Не успел он скрыться в каюте, как Мартта окликнула его, взойдя на борт. Она боялась потерять его расположение, внизу её живота приятно тянуло, словно внутри кружили, порхая крыльями, сотен бабочек. Макситали определенно ей нравился: надёжный, сильный, а длинным густым ресницам можно обзавидоваться. Мартте думалось, что он заинтересован в ней не меньше.
Макситали оставил Мартту в трюмном отделении с двумя залами, ведущими в бар и бильярдную, а сам ушёл принимать душ. Но прежде предпринял попытку обольстить её, сочтя себя искусным манипулятором после победы в маленьком сражении за близость. Он предложил ей составить компанию, говоря, что в душевой две кабины. Мартта отказалась, понадеявшись, что финский антиперспирант, купленный у Нины Петровны, будет 48 часов честно защищать её от неприятностей. Не в таких они пока отношениях, чтобы тереть друг другу спинки и мылить голову шампунем, но и дружбой-то, что между ними, не назвать.
После изучения фрагментов корабельных устройств, сохранившихся с 1939 года и выставленных в конце бильярдного зала, Мартта притомилась и задремала на мягком диване. Ей снилось, что она снова в доме Лауры смотрится в то зеркало, где тогда на мгновение увидела двойника. Отражение расплылось, словно являло собой портал. По нему, как по воде, пробежала лёгкая рябь. Мартта коснулась стекла рукой, рябь исчезла, в отражении появилась Она, в той же окровавленной рубахе. Двойник выглядит хуже, чем в первую встречу: волосы тусклые, лицо белое, словно мел, кости выпирают, будто иссохла.
— Кто ты? — осмелилась спросить Мартта.
Двойник нарисовал пальцем круг на животе, другим указал на неё.
— Не понимаю.
Девушка сложила руки крестом.
— Ты призрак?
Та пожала плечами, но заметно оживилась.
— Мой покойный родственник?
Мартта прочитала по губам её ответ «да».
— Маррика?
Глаза сестры заблестели, она повторила прежний ответ.
— Я убила тебя? — Мартта старалась не расплакаться, глядя в глаза близнецу. Сердцебиение замедлилось, будто сердце вот-вот остановится, как только она подтвердит опасение.
Маррика подышала на стекло и написала «янем алрепаз ыт».
— Я не понимаю, — дрожащим голосом произнесла Мартта. — Что это за язык?
Маррика ударила кулаками по стеклу. Мартта, испугавшись, отступила на шаг.
— Хочешь возмездия?
Та отрицательно покачала головой.
— Тогда перестань пугать меня!
Маррика изменилась на глазах: волосы опали, глазные яблоки выпали, нос отпал, кожа скукожилась, высохла и рассыпалась на шелуху. Мартта с трудом сдержала рвоту от жуткого зрелища. Близнец превратился в разложившийся труп: жёлтые кости с чёрными пятнами, пустые глазницы, нос, клацающие зубы. Не в силах выдержать очередную пытку от сестры, она закрыла глаза, взмолившись про себя: «Проснись!»
Макситали тряс девушку за плечо, ощущая неладное. Она не реагировала, сидя неподвижно на диване с запрокинутой головой. Парень проверил пульс на запястье, сердце билось слабо, потрогал лоб — холодный.
— Что же тебе снится или, вернее, кто? — Он поднял взгляд на пыльное зеркало над её головой. Провёл ладонью по стеклу, заметив мелькание рядом с собой. Точная копия Мартты разгневанно смотрела в ответ, соседствуя с его истинным обликом в отражении. — Какая встреча, Маррика! Я был бы рад потрепать языками, но есть проблемка, ты мертва. Возвращайся туда, откуда пришла и не суйся к нам. Мартта моя.
