Райкины вопли и проклятия ещё долго сотрясали две квартиры. Из миротворца Райка резко перешла в жесточайшие противники, и они с Нелей быстро вытолкали взашей незваного гостя.
В этот же вечер Райка предъявила Неле счёт за свою погибшую канарейку. Счёт тянул на пару жар-птиц, но спорить Неля не стала.
А вот сегодня Сеня гулял у своего дома, как встречающий, а не просящийся на постой. И Неля поняла, что без маминого вмешательства здесь не обошлось. Решила вести себя индиферрентно, и действовать, исходя из обстоятельств.
– Привет! – спокойно поздоровалась Неля.
– Привет! – ответил Сеня. – Что же ты так легко одета, Пусик? Уже ж не лето! Пойдём скорее домой, я тебя чаем напою с твоими любимыми конфетами.
– Ну, пойдём! – Согласилась Неля.
Чай был горячим, приятно обжигающим. Сладкие конфеты таяли во рту, оставляя блаженное послевкусие. А рядом хлопотал счастливый и победительно красивый Сенечка.
– Ну, что же ты дурёха такая, Нелька? Почему я должен узнавать от Вероники Сергеевны о том, что скоро нас будет трое? Она ещё и припечатать меня пыталась, как подлеца, терроризирующего свою жену. А я просто обалдел и не знал, что ей отвечать.
«Ай да мама, ай да проныра!»-думала Неля. Ведь обо всём догадалась, всё вычислила, а ей ни слова. «Что это ты так растолстела, дочь моя?» – и всё.
Сеня мерил маленькую кухню своими семимильными шагами и строил прожекты. На это он был мастер. Куда поставить кроватку, где ввинтить дополнительные батареи, что переставить, что выбросить, что купить. Строить новую семейную жизнь с Нелей он собирался с чистого листа, правда, учитывая ошибки прожитых лет.
Наутро ворвалась неприбранная взлохмаченная Райка.
– Я смотрю всё у вас с Сеней уже на мази. Видела, видела, как ты его на работу провожала, только, что платочком из окна не махала! Быстро он тебя, Неля, подмял! Я бы так легко не сдалась!
Райке не давала покоя неудавшаяся роль миротворца, и теперь во что бы то ни стало, надо было вернуть Нельку с небес на землю, завалить советами и предупреждениями.
Неля лениво потянулась:
– Райка, мне тоже на работу пора, давай быстро глотнём кофейку, и я буду собираться.
Жизнь разворачивалась к Неле улыбающимся лицом. Сеня, всегда тонко чувствовавший ситуацию, быстро уловил своими трепещущими ноздрями приближающиеся изменения в стране.
И во всю используя свои полуспортивные, полукриминальные связи, быстро сколотил с друзьями кооператив, который стал приносить в их семью деньги, по тем временам, чрезвычайные.
Нелю Сеня с работы снял, не дав дождаться даже законных нищенских декретных, и та носилась по магазинам, по подружкам и по театрам, проводя свою беременность под ещё красным флагом вечного праздника.
Райка билась в злобе:
– Что же ты так распустила, Неля, мужика своего? Он же подавил тебя совершенно, снял с работы, а ты, как квашня, не сопротивляешься даже!
– Я бы может и сопротивлялась, если бы Сеня послал меня укладывать рельсы, а чего мне трепыхаться, когда наоборот? – недоумевала счастливая и легкомысленная Неля.
– Это же он всё специально, чтобы поработить тебя, дуру, а потом опять свои б***ские штучки начнёт! Или ты забыла? Забыла, как по ночам тут белугой выла? – не унималась Райка.
Но всё Неле было нипочём, она была счастлива своим состоянием, своим ожиданием чуда появления на свет маленького человечка, которого уже любили все члены её маленькой семьи.
Снявши Нелю с работы, Сеня притащил в дом маленького чёрного котёнка, чтобы Неличка не скучала дома, пока он укрепляет их материальное положение на рынке спроса и предложения.
Котёнок был смешной и симпатичный: чёрный с белыми, даже с седыми усами, висящими вниз. Этими усами напоминал Тараса Бульбу и так и остался жить при Неле с именем – Тарас.
Ходил за ней по пятам, прижимаясь к ногам, требуя ласки и мяса, а ночами вкрадывался в супружескую постель и полностью распластывался на Нелином уже изрядно выпиравшем животе.
Когда ранним утром Сеня уходил, Тарасик скатывался с Нелиного живота, перебирался на Сенино место, прижимался носом к Нелиной спине и по-хозяйски забрасывал на неё лапу.
Однажды Сеню угораздило вернуться с полдороги за чем-то забытым. Сеня заглянул в спальню и наткнулся на изумлённо-вопросительный взгляд Тарасика:
– А ты что тут рыскаешь? Моя очередь служить при Неле мужем и защитником!
Сеня никогда не был занудой, а сейчас счастливый и укрощённый, с удовольствием угождал Неле во всём. Часто Неля собирала своих задушевных подружек.
Пекла пироги, выставляла на стол всё, что было в доме. А в доме много чего было, включая и выпить, и закусить, послушать музыку, которая лилась из суперсовременной аппаратуры. Посплетничать, поговорить за жизнь.
Приятно было и то, что теперь не курящая и непьющая Неля, легко и весело перенося свою беременность, никому не запрещала курить, никого не ограничивала в алкоголе, то есть не строила из себя священного сосуда.
С удовольствием просиживая с хмельными бедовыми подружками до полуночи.
Порой очень не хватало синеглазой, как все моря мира, Ирочки.
