Касса тоже утопала в кусочках музыки. За стационарным компьютером, сделанным явно в прошлом веке, сидела еще одна девушка – с ярко-оранжевыми волосами и в большом бежевом свитере с высоким горлом. Напротив нее, облокотившись на край деревянного ящика с пластинками, стоял мужчина лет шестидесяти в футболке с Led Zeppelin, видневшейся из-под кожаной жилетки. Лева подумал, что из сотрудников магазина, которых наверняка было больше трех, получилась бы отличная музыкальная группа. Девушка в свитере взяла наличные – карты они, как и полагается такому магазину, не принимали – и протянула в ответ тонкий серый пакет с квадратной упаковкой внутри. На обложке было тридцать фотографий Гульда.
Варька, я буду стоять в море на руках, пока ты меня не простишь – так и знай! У меня нет никого ближе тебя, и я хочу, чтобы так было всегда.
Купил пластинку с твоим Гульдом и даже обещаю не занудствовать! Будем слушать ее весь день, как приеду.
* * *Проснулась сегодня в семь утра. Солнце уже встало, и шторы в комнате превратились в янтарь. Пинала одеяло ногами, ворочалась, но так и не смогла больше уснуть. Надела платье в горошек и на цыпочках спустилась вниз. Трава была мокрая – провела по ней рукой и приложила ладонь к шее. Капли прохладные, а воздух горячий, будто и не было никакой ночи. В этом году жаркое лето.
Открыла медленно дверь, чтобы никого не будить, и пошла к вашему дому. Дорога из камней – как галька на море. Сорвала травинку, внизу стебель мягкий и сладкий. Пожевала и выкинула, решив больше так не делать – вспомнила вдруг, как мама в детстве говорила, что растениям тоже бывает больно.
Я шла и знала, что я очень легкая и красивая, и только плечо чесалось от укуса комара. Глаза у тебя, конечно, зеленые – ничего я не забывала.
Калитка была закрыта, но ты научил меня поддевать указательным пальцем замок и отодвигать его в сторону. Хорошо, что у вас нет злой собаки, хотя, думаю, она бы меня любила. В беседке остались чашки, банка сгущенки и зеленая спираль от комаров, а под ней – пепел. Наверное, твои поздно легли спать, раз не смогли убраться.
Мне очень захотелось тебя обнять, но ты еще не приехал. Я забралась в гамак, в котором мы обычно лежим вместе, когда я прихожу к тебе, и в спину мне ткнулась книга. Как же ты ее там забыл? А если бы пошел дождь и она промокла? Книжка эта ужасно занудная, про коммунистов и прочую жуть. Кто такое читает летом? Открыла, а из нее выпал листок: «Так и знал, что ты придешь! Спасибо, что выбрала тогда на море меня. Я невозможный дурак, а ты самая лучшая!» Ну и как мне теперь обижаться?
Лева приехал вечером. Он обнял Варю и долго не разжимал рук, а потом сказал: «Варька, ты ласочка».
* * *«Маленькие» наконец-то пригодились!
<p><emphasis>Часть 2</emphasis></p>