День пятый. Еще прохладно, но дожди наконец-то перестали идти. Сегодня приедут родители и вместе с ними Слава. Не могу вспомнить, когда мы последний раз виделись. Вроде бы год назад на его дне рождения. Задумался – и стало не по себе: вообще-то он мой самый близкий друг. С момента, как мы вернулись прошлым летом с дачи, постоянно казалось, что в потоке этой вечной учебы, книжек и подготовки к экзаменам свободного времени хватало только на наши с тобой встречи, а для всего остального его было жалко. До сегодняшнего дня я этого даже не осознавал – просто жил и радовался тому, что мы есть друг у друга. А теперь почувствовал, будто что-то от меня ускользает. Надо это обсудить, когда ты вернешься.
Вообще, хорошо, что родители будут не одни – в последнее время они постоянно ссорятся, а при Славе будут поспокойнее. Надеюсь, не начнут ругаться в машине. По-моему, мама увидела у папы в телефоне какое-то сообщение. Как же это, должно быть, больно. Хочется ей помочь, но от меня, как и от бабушки с дедом, всё утаивают. Чувствую себя третьим лишним, хотя умом понимаю, что это их отношения, а не мои.
Зачем-то вспомнил, как в детстве они часто проверяли, закрыта ли у меня дверь, уходили в свою спальню и за еще одной дверью ругались, думая, что я ничего не слышу. В такие моменты я всегда накрывал голову подушкой – получалось, будто звуков и не было. Несмотря на это, я никогда не представлял, что они могут развестись, а ведь если подумать, у половины моих одноклассников неполные семьи. Интересно, что хуже – жить с одним из родителей или с обоими, но пытающимися подавлять недоверие и отвращение? Нет, это просто дурацкий период, у нас не так. Я же вижу, как они смотрят друг на друга – это не ненависть. Просто взрослыми быть, похоже, очень тяжело.
Черт, вроде бы не собирался плакать.
Выходные получились такими, как Лева и загадывал. Позавтракав, они со Славой шли играть в пинг-понг, днем катались на мопеде, а после ужина допоздна сидели за столом со всей семьей и вспоминали истории из детства. Левина мама подружилась со Славиной в университете, и дети знали друг друга с рождения. Летом бабушка Левы часто брала мальчиков с собой на море, откуда они возвращались с охапкой историй – например, про то, как плохо плававший Слава чуть не утопил Леву в аквапарке или как обиженный Лева налил Славе в чай кетчуп и горчицу.
Слава спал в Левиной комнате на надувном матрасе. Ночью перед воскресеньем, понимая, что скоро придется снова расставаться, они пытались насытиться разговорами и восполнить пропущенное время. На улице уже светало, и у Левы начали слипаться глаза, когда Слава, перевернувшись со спины на бок, спросил:
– Лев, а у вас уже был секс?
Лева открыл сонные глаза. В первую секунду он ощутил неловкость и даже желание соврать, но, подумав, решил ответить честно:
– Нет.
– А почему? – Слава поднялся с подушки и подпер голову рукой.
