— Это — моя внучка Сонечка, — добродушно улыбнувшись, сообщила Ульяна Макаровна. — Вот, лапушка драгоценная, приехала навестить древнюю бабулю. И гостинцев щедрых привезла. Как и полагается. Заграничных.
— Софи Гарднер, — изобразила лёгкий книксен девица.
— Яковлев, — вежливо кивнул головой Сергей. — Рад нашему знакомству…. Вы, кажется, являетесь гражданкой США?
— У меня несколько паспортов — разных стран.
— А занимаетесь, если, конечно, не ошибаюсь…м-м-м, чем-то религиозным?
— Откуда, милейший кабальеро, такая недетская осведомлённость? — озабоченно нахмурилась рыжеволосая барышня. — Вы работаете в российской ФСБ?
— Бог, однако, миловал. Просто в нашем легендарном Купчино все — и про всех — всё знают. Ну, или же очень-очень многое. Фирменная особенность такая…
— Обязательно учту на будущее. Спасибо, странствующий идальго, за своевременное предупреждение…. А «религиозная полоса» у меня уже давно закончилась. Почти полтора года тому назад. Нынче же занимаюсь кинематографом.
— В качестве актрисы?
— Как вы говорите — Бог миловал. Только лишь в качестве режиссёра и продюсера…. Жанр? Любовь, естественно. Откровенная, серьёзная и всеобъемлющая. А также немного ужасов и мистики.
— А, вот, наш Сергей Сергеевич решил в полицейские податься, — вмешалась в разговор Ульяна Макаровна. — Будет теперь трудиться в качестве полновесного заместителя начальника «пятнадцатого» отделения. Завидная карьера, ничего не скажешь.
— Откуда вы узнали? — опешил Сергей.
— От старого и облезлого верблюда, — слащаво улыбнулась старушка. — Шучу я, шучу…. Просто мы, Серенький, в Купчино живём. А здесь, как ты сам недавно сообщил, все — и про всех — всё знают. Хи-хи-хи…
— Ну, да, конечно. В Купчино…. А где же, Макаровна, ваша подружка закадычная? Почему её не вижу? Поссорились?
— Очень надо. Просто к Матрёне гость приехал — старинный сослуживец по прошлым Временам. На сутки, Серенький, раньше тебя. Кличут Дмитрием Силычем. Только болезненный он какой-то, на улицу почти не выходит. То ли туберкулёз. То ли, наоборот, застарелая ишемическая болезнь. Вот, Ивановна с ним и нянькается. Обихаживает, то бишь, дружка сердечного…. Сонечка, милочка, тебе уже пора. Люди ждут. Нехорошо, девонька, опаздывать.
— Ах, да…. До встречи, будущий шериф.
— Всех продюсерских благ. И грандиозных успехов на «киношном» поприще…
Сергей уже подходил к перекрёстку, когда сзади раздался сытый самодовольный рык, и мимо него уверенно проследовал знакомый тёмно-синий «Джи Эм Си». Проследовал, оказался на Будапештской, ловко развернулся и поехал на юг. А за ним, бодро похрюкивая, тут же покатил микроавтобус, ранее припаркованный возле тротуара.
«Микроавтобус? Ну-ну…. Уточняю: дорогущий «Мерседес» молочно-белого цвета», — не удержался от развёрнутых комментариев дотошный внутренний голос. — «А данное автотранспортное средство, между прочим, плотненько так забито. Причём, молодыми и симпатичными юношами-девушками. Понятное дело, кино про серьёзную любовь…. Интересно, а куда они все поехали? Не, понятное дело, что на кинопробы. Но куда конкретно? На природу? Или же, например, к знаменитым музеям Павловска и Пушкина? Скоро, братец, узнаем. С помощью установленного «маячка», ясен пень…».
В восемь пятьдесят он дошагал до «пятнадцатого» отделения: прошёл, предъявив временный пропуск, через стандартную металлическую «вертушку», поднялся по бетонной лестнице на второй этаж, повернул направо и, отомкнув ключом нужную дверь, оказался в своём служебном кабинете.
«Ну, не совсем-то и в своём», — тут же уточнил педантичный внутренний голос. — «На входных дверях до сих пор красуется прежняя прямоугольная табличка, мол: «Капитан полиции Соколова Н.И.». Нехорошо это — существовать под чужой «личиной». Сменить бы надо вывесочку…. И вообще, в этом помещении однозначно царствует женский дух: порядок образцовый на письменном столе, декоративные засушенные травы-цветы в пёстрых вазочках, а ещё и устойчивый запах чуть сладковатых духов присутствует, навевая — всякое и разное…. Как в такой легкомысленной обстановке можно вдумчиво и плодотворно работать? Никак, ясный болгарский перец…. Ты, братец, окошко бы распахнул на минуту-другую. Типа — для оздоровительного гигиенического проветривания…».
Но открыть окно он не успел, раздалась звонкая настойчивая трель, и мужественный голос Сомова в телефонной трубке — после обмена краткими приветствиями — велел:
— Подтягивайся, Серый, в мой кабинет. Посовещаемся…
В кабинете начальника «пятнашки» собрались всё те же: подполковник Сомов, майор Яковлев, капитан Кукушкин, старший лейтенант Старшинов и лейтенант Кравченко.
