— Кто-нибудь еще хочет оружие получить? — многозначительно спросил сотник Добран, поигрывая палкой. — А то вон копье лежит. Никто? Тогда вот вам мое слово. Воин Янислав на неделю идет на кухню, репу чистить и зерно молоть. Ждет, пока спина не заживет. Если бы ты, лысого ежа выпердыш, застонал хоть раз, то уже завтра к мамке в деревню вернулся бы свиней пасти. А так вроде яйца есть, может толк выйти. Чего стоишь, на кухню иди!
Янислав вышел из строя, плавясь под язвительными взглядами товарищей. В спину ему неслись обидные смешки.
— А чего это мы развеселились? — удивился сотник. — Разговорчики в строю? Пятьдесят отжиманий и три круга вокруг лагеря! Это вам вместо ужина! Упор лежа принять!
— Суров ты, Добран! — усмехнулся князь, который подошел сзади.
— Княже! — сотник склонил голову и ударил кулаком в грудь. Так их Деметрий научил. — Сам же говорил: тяжело в учении, легко в бою.
— Говорил, да, — согласился князь и повернул голову на шум, доносившийся от города.
— Княже! — заявил запыхавшийся мальчишка из Сиротской Сотни, который прибежал с выпученными глазами. — Там такое! Там такое! Купцы из Бургундии пришли! Тебе самому эту страсть увидеть нужно!
1 Трэлль — раб в Скандинавии.
2 Медовый чертог — отдельное здание, в котором вождь пировал с дружиной. Снабжение алкоголем своих воинов было одной из главных обязанностей ярлов и конунгов.
Нотарий Стефан уверенно шел по направлению к Мясному рынку. Он любил бывать здесь, любил людскую толчею, любил шум этого места, и даже его запахи. Тут все просто и понятно. И люди здесь простые и понятные. Здесь не нужно думать, прежде чем говоришь и тщательно обдумывать каждое услышанное слово, ища в нем скрытые смыслы и намеки. Здесь белое было белым, а черное черным. И наблюдение за этой жизнью, чрезмерно простой и незатейливой для служащего императорской канцелярии, стало для Стефана единственной отдушиной, позволявшей отдохнуть от хитросплетений дворцовых интриг. Август Ираклий находился в походе, как и приличествовало императору-воину, а первым лицом Константинополя пребывал куропалат, управляющий дворцовым хозяйством и командующий дворцовой стражей заодно. Он вовсе не был евнухом. Напротив, он был младшим братом императора Ираклия, а потому лишенные мужских радостей вельможи только клацали зубами, но покуситься на его власть не решались.
Бывший Форум Феодосия, превращенный указом Августа в место, где продавали скот, находился недалеко от порта Неорион, что расположился в заливе Золотой Рог. Сюда везли множество разнообразных животных, и именно на этом рынке их забивали и разделывали. Именно здесь продавали самое лучшее и самое свежее мясо. Шум и толчея на рынке оставались прежними, как будто и не случилось катастрофических поражений от персов. Как будто не потеряли половину страны. Этих людей вообще мало, что интересовало, кроме еды, выпивки и скачек. Скачки! Большой Цирк был истинным сердцем города. Не императорский дворец, не казармы дворцовой стражи и даже не Святая София. Именно в цирке порой решались судьбы Империи. Тут утверждали на царство новых императоров, тут четыре партии болельщиков могли устроить побоище по поводу проигрыша какого-нибудь наездника. А бывало и такое, что десятки тысяч людей, собравшиеся на скачки, решали начать бунт и начинали. Даже грандиозное по масштабам восстание Ника, которое чуть не стоило жизни самому Юстиниану Великому, началось именно здесь. И в нем же закончилось, когда солдаты перебили тридцать тысяч бунтовщиков, запертых внутри циркового ристалища.
