И если изначально я хотел пронестись по дворцу огненным вихрем, то, оказавшись в этом коридоре, решил сменить тактику.
Зачерпнув сразу сотню золотых, я конвертировал их в лёд и окружил себя
Если, не дай Бог, я встречу кого-то по пути в подвал, то у меня гораздо больше шансов сойти за своего, нежели я буду полыхать
— Нам нужно в другое крыло.
Я, коротко кивнув, направился в сторону лестницы. Пока что на моем пути мне никто не встретился, и я очень надеялся, что так будет продолжаться и дальше.
Спустившись по широкой мраморной лестнице, я оказался в тесном зале и, проигнорировав спешащего по своим делам слугу, повернул направо — в сторону центрального корпуса.
Вот только если мне не было дело до слуги, то это не значило то же самое про него. Все то время, пока я шёл к выполненному в виде оранжереи перешейку, я ощущал затылком его любопытный взгляд.
— У пацана сегодня второй день рождения, — хмыкнул Виш, не обращая внимания на выполненные из стекла стены, за которыми раскинулся уютный сад. — Но ты правильно сделал, что не стал его убивать. Чем дольше мы продержимся инкогнито, тем лучше.
И вот как раз после этих слов меня и накрыло.
Обычно адреналиновый откат случался у меня после драки или выматывающих переговоров, но сейчас застучало в ушах, а сердце, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.
Я осознал, что, черт возьми, нахожусь сейчас в логове врага, да ещё и один…
— Виш… — прошептал я.
К счастью, дракончик не стал ничего переспрашивать и лишь похлопал меня по плечу.
А в следующий миг меня захлестнула волна спокойствия. Будто все эмоции выкрутили до минимума.
Сердце замедлило свой бег, и я полностью взял себя в руки.
— Спасибо. Что по одаренным?
— Через тридцать шагов мы окажемся в центральном корпусе, — предельно серьезно отозвался Виш. — Нам нужно пройти центральный зал насквозь и пересечь ещё один перешеек. Дальше за лестницей будет ход в подземелье…
— Но? — прошептал я себе под нос, гулко шагая по перешейку-оранжерее.
— Но если подняться по центральной лестнице, мы окажемся около входа в зал совещаний, где в данный момент находится около тридцати разумных, бОльшая часть из которых одаренные.
— Военный совет?
— Скорей всего, — кивнул Виш. — Решать тебе, Макс.
— Лети на разведку, — немного подумав, решил я. — Если там нет детей, то… заглянем на огонек.
— Мы безумцы, Макс! — крикнул Виш, срываясь с моего плеча и стремительно удаляясь вперед.
Я же, не сбиваясь с шага, покосился направо.
Да, я не просто планировал вытащить Милену, но ещё и… нанести превентивный удар по норвежцам?
Это было чистым безумием, но все, что меня интересовало в данный момент — как местные садовники сумели создать эту оранжерею? Ведь снаружи царит зверский холод…
Почему-то этот вопрос казался мне максимально важным.
Перешеек заканчивался, вместе с ним заканчивалась и теплица, но все, о чем я думал — как так-то?
Глупость, но мне почему-то казалось, что если я не получу ответ на свой вопрос, то до конца жизни так и буду мучиться от неутоленного любопытства.
К счастью, уже под конец перешейка я заметил отблеск над садом — так сверкать могло только стекло.
Довольно улыбнувшись полученной разгадке — сад, высаженный вокруг стеклянного перешейка, также был заключен в огромную теплицу — я вышел в центральный зал главного корпуса.
Передо мной было два пути — пройти мимо лестницы и, миновав второй перешеек, оказаться в искомом крыле, или… подняться на второй этаж.
Я, честно говоря, склонялся к первому варианту, но спикировавший мне на плечо Виш оказал решающее влияние.
— Военный совет, Макс! Обсуждают вторжение в Империю. На входе всего два Воина!
Такого шанса я упустить не мог, и направился к лестнице.
В главном корпусе слуг оказалось не в пример больше, и я уже ловил на себе не столько любопытные, сколько озабоченные взгляды.
— Успеем, — шепнул Виш. — Только тут небольшой момент… Виолетта — в положении.
Я сбился со шага, и чуть было не запнулся о мраморную ступеньку.
— Гадство!
— Что будешь делать?
Ненавижу, когда приходится делать такие выборы! Стоит ли жизнь ещё не рожденного ребенка избавления от войны?
Гадство! Гадство! Гадство!
Причем, совершенно неважно — мой это ребенок или нет. И Виш, зараза, сказал об этом только тогда, когда я уже начал подниматься по лестнице!
— Твой, — заверил меня фамильяр. — Я почувствовал… скажем так, тепло Истинного огня.
«Виш…».
— Да ты не волнуйся, Виолетта точно уцелеет, — немного успокоил меня Виш. — Ребенок защитит ещё от жара огня.
С одной стороны, мне нереально полегчало, но с другой, это было все равно как-то неправильно, что ли?
Я бы на месте Виолетты, хоть я и не питал иллюзий на её счет, моего поступка бы не понял. Одно дело сразиться в честном поединке или совершив хитрый маневр, ударить по ставке королевских генералов, и совершенно другое нападать, ставя под удар своего ребенка.
И неважно, что она не знает, что я знаю. Достаточно того, что знаю я…
Лестница уже подходила к концу, а готового решения до сих пор не было.
