— То, что мой зверь остался неудовлетворенным, — сказал Киан, прищурившись, и Уитни с замиранием сердца увидела, как его глаза меняют цвет, становясь черными. — Это первый момент. А второй… И самый главный. Со своим зверем я бы разобрался… А вот с Древними Богами. Тут уже увольте, мисс Кларисси. Против гнева Древних Богов я бессилен. А они гневаются, и очень сильно.
Его слова доносились, словно через пелену. Она вроде бы и слушала его, и одновременно пропускала слова сквозь себя.
О каком звере он говорит? А, о том крылатом чудовище, что до смерти напугало её.
Но, помилуйте, при чем тут Древние Боги… Да и кто они такие? Древние Боги — понятие слишком растяжимое, давно позабытое и не употребляемое в обиходе их повседневной жизни.
И уж тем более трудно предположить, что эти мифические создания, канувшие за Чертог, могут гневаться.
Видимо, у мсье Редраса было другое мнение на сей счет.
Уитни, нахмурившись, постаралась собраться с мыслями.
— Ваш зверь… кто он такой?
Она не была уверена, что услышит достоверный ответ.
Так и оказалось.
— У Вас будет возможность познакомиться поближе.
С каждым его словом создавалось впечатление, что воздух в беседке наполнялся чем-то новым, изменялся, становился тяжелее и ощутимее. И он начинал беспощадно давить на девушку.
Та мотнула головой.
— Я не хочу с ним знакомиться… Тем более, ближе.
— Сожалею — придется.
От его слов повеяло холодом.
— Вы мне угрожаете? — она тоже перестала выбирать выражения. Забыла о тактичности, о намерении избежать открытого противостояния.
Раз на неё оказывают едва ли не прямое давление, пора начинать защищаться.
— Помилуйте, мисс Кларисси, я не настолько жалок, чтобы опускаться до угроз, — на этот раз Киан улыбнулся, и его улыбка в контексте слов выглядела жутковатой. — Я лишь констатирую факты.
— Нет, это не факты… Это…
Уитни замолчала, не в силах подобрать нужного слова.
И эпитета, чтобы верно охарактеризовать мсье Киана Редраса!
— То, что нам с Вами обоим придется принять, — закончил за неё Киан, и вот теперь в его голосе отчетливо слышался металл. Улыбаться он тоже перестал. Стоял напротив неё, заложив руки за спину, и смотрел, не открываясь от лица девушки, словно задался целью загипнотизировать её, подчинить своей воли. И воля его была недобрая.
— Вы меня пугаете, — Уитни решила зайти с другой стороны.
Сидеть и выслушивать его абсурдные, не укладывающиеся в голове, слова, более не предоставлялось возможности.
Уитни поднялась. Хотела вернуть сюртук, проявив независимость, передумала. Всё-таки в нем было уютнее и теплее, несмотря на то, что кровь в жилах едва не вскипала.
Они стояли друг против друга. Сильный загадочный мужчина, и она — юная девушка, что вступила на скользкую тропу, за что сейчас и расплачивалась. Хотелось развернуться и уйти, и больше никогда не пересекаться с господином Редрасом.
Она бы так и сделала, если бы не его слова…
Они удерживали её надежнее любых пут.
— Не стоит пугаться, мисс Кларисси. Во мне нет ничего страшного.
— Неужели? — Уитни не сдержалась от небольшой колкости.
— Уверяю Вас.
Уитни сжала руки в замок, заметно нервничая.
— О каких Древних Богах Вы говорили, мсье Редрас? Это Вы в состоянии мне объяснить или снова увильнете от ответа? Я так понимаю, Вы пригласили меня побеседовать, чтобы расставить некоторые акценты нашего знакомства. Сами же только сильнее меня запутываете, не позволяя разобраться в ситуации.
Ответил он не сразу.
Продолжил смотреть на девушку.
Потом поднял руку к сорочке и быстро расстегнул несколько верхних пуговиц.
Уитни даже не успела возмутиться.
Не успела воскликнуть и потребовать, чтобы он прекратил творить бесчинство.
Она ничего не успела.
— Вы спрашиваете меня о Древних Богах? Это те Боги, которые породили моих пращуров, и которых я почитаю. И они гневаются. Потому что я нарушил их завет. А чтобы Вы не сомневались в моих словах…
Он отворил край рубашки, позволяя девушки увидеть ключицу и часть загорелой кожи. И под этой кожей полыхало пламя.
Уитни поняла — пришло время падать в обморок.
Уитни никогда ранее не падала в обморок. Устояла, даже когда сообщили о том, что папенька пропал в водах Безымянного океана. А тут… Не выдержала. Видимо, сказалось напряжение последних недель. Оно и понятно. Авантюра с покупкой ночи, переживания за разгромленный коттедж, нелицеприятное происшествие с отпрыском вампирского клана, и продолжение знакомства с тем, о ком надлежало забыть по утру.
Поэтому когда Уитни почувствовала, как её осторожно хлопают по щекам, стараясь привести в чувство, искренне возмутилась.
Но открыв глаза, негромко застонала.
— Вы…
— Я, — на обеспокоенном лице Киана промелькнула тень облегчения.
— А Вы не могли исчезнуть, пока я находилась в беспамятстве?
— И бросить Вас на произвол судьбы? Простите, но нет.
Они паясничали, играли в некую игру. И Уитни это устраивало.
Что угодно, лишь бы не возвращаться к разговору.
Но посмотрев в черные — Богиня, разве имеет место быть такой цвет глаз! — глаза, девушка поняла, что как бы она не пыталась отсрочить продолжение разговора, ему — быть.
